Ее хриплая ругань немедленно возымела действие, и на лицах лакеев застыло такое выражение, будто они ступают по куриным яйцам. Разговоры умолкли сами собой; Зато вина было выпито больше, чем обычно. Никто не скрывал облегчения в тот момент, когда Макнэйл приказал подавать бренди — что означало конец трапезы.

— Подождите минуту, — попросила Джемма, когда леди уже собирались выйти из-за стола.

Все замерли, не сводя с нее вопросительных взглядов, а Коннор потупился.

— Я хочу поставить всех в известность, что покидаю Гленаррис, — твердым голосом заявила она.

— Когда? — пробасил дядя Леопольд.

— Завтра утром.

— И куда ты направишься, девочка? — поинтересовалась Мод.

Не поднимая головы, Коннор взял свой бокал с бренди, но даже не пригубил его, дожидаясь ответа Джеммы.

— В Инвернесс, — спокойно сказала она. — Я уже договорилась с Дженет. Я останусь у нее, пока не установится теплая погода и я смогу вернуться в Дербишир.

Глаза Коннора впились в лицо Дженет. Та мгновенно покраснела и сделала руками какой-то беспомощный жест. Он снова потупил взор, но услышал, как зашелестели юбки и стукнули ножки стула.

— Прошу прощения, — только и промолвила Джемма, и он услышал, как она вышла из комнаты.

Коннор чувствовал, что вся семья не сводит с него глаз. Однако никто не произнес ни слова.

Его пальцы судорожно сжали бокал. В нависшей над столом гробовой тишине треск раздавленного хрусталя прозвучал подобно взрыву.

Джечерн нашел Коннора в его кабинете: он мерил шагами комнату и даже не заметил появления кузена, пока тот не грохнул дверью и не окликнул его по имени.

— Что тебе? — рявкнул Коннор, оборачиваясь.

— Перестанешь ты наконец вести себя как дикарь? Ступай и поговори с малышкой.

— Говорить с ней? Да я бы удавил ее своими руками!

— Ну так сделай это! По крайней мере дашь выход своему дьявольскому темпераменту! Но прежде чем лишить ее жизни, потрудись хотя бы сообщить ей, что ты ее любишь! Может быть, это и есть то, что она хотела бы от тебя услышать.

— Ха! — презрительно фыркнул Коннор.

— По крайней мере вреда от этого не будет — продолжал Джечерн.

— Ты ведь испробовал все остальное, правда? А может, ты просто боишься?

— Боюсь?! Да конечно же, нет. Не будь идиотом. Это все оттого, что я… я… ее… ох, пошел ты к черту, Джечерн!

— Коннор, — серьезно сказал Джечерн, — я не думаю, что тебе удастся по-прежнему прятаться за маской гнева. Ты просто потеряешь ее, вот и все.

— Ну и что? Мне станет намного легче, если я от нее отделаюсь, и ты это прекрасно знаешь!

— Ради всего святого! — взорвался кузен. — Да ты без нее жить не сможешь! И ты сам об этом знаешь, старик!

На это Коннор ничего не ответил. Он просто застыл посреди комнаты, безвольно повесив руки.

— Ступай же! — с силой промолвил Джечерн.

— Черт побери! — вскричал Коннор. — Да Джемма и слушать-то ничего не станет. Ей на это наплевать.

— Да откуда ты знаешь? Ты ведь даже не пытался поговорить с ней по-человечески, Коннор! Кончай тянуть время! Ступай!

Коннор несколько минут молчал.