Коннор услышал, как что-то стукнуло о землю, и обернулся. Через секунду он был возле Джеммы. Сердце его бешено колотилось В свете угасающего дня лицо девушки казалось мертвенно бледным.

— Джемма!

— Что? — открыв глаза, беспокойно спросила она, а затем снова закрыла глаза и уткнулась лицом в его грудь, дрожа от озноба.

— Джемма, что случилось?

— Оставьте меня, — выдохнула она. — Кажется, я заболела.

К несчастью, она оказалась права. Коннор гладил девушку по голове, ласковыми словами пытался привести ее в чувство. Она приходила в себя и снова теряла сознание. Он смочил ей лоб и лицо водой, затем взял на руки и перенес под дерево на мягкую траву.

— Давно это началось? — требовательно спросил он.

— Я… я не знаю. Несколько часов назад.

— Великий Боже, девочка, почему ты не сказала мне раньше?

— Оставьте меня в покое… — простонала Джемма и, закрыв глаза, отвернулась.

— Джемма!

:— Уходите, пожалуйста.

Голос девушки был совсем слабый, но Коннор подчинился, пользуясь моментом, чтобы привести лошадей и захватить медвежью шкуру. Когда он вернулся, Джемма была в беспамятстве и вся горела в лихорадке. Достав из седельной сумки кусок чистой ткани, Макджоувэн разорвал ее на полосы и намочил их в ручье. Прикладывая их одну за другой к разгоряченному лбу девушки, он надеялся хоть немного сбить жар.

Вероятно, им придется провести здесь ночь. Но каким образом он доставит больную девушку в Басгейт? Коннор ругал себя за то, что оставил Дирка с повозкой позади. Чего бы только не отдал он сейчас, чтобы положить Джемму на нее! Злая ирония судьбы: находиться всего в часе пути от Эдинбурга, где он знал многих великолепных врачей, и мечтать о том, как попасть в Басгейт, где и простого-то доктора трудно найти! Джемма пошевелилась.

— Что, девочка?

— Пить, — прошептала она.

Коннор поддерживал ее голову, пока она пила. Джемма была так слаба, что часть воды пролилась ей на одежду. Намереваясь сменить промокшее белье, Макджоувэн расстегнул ее жакет, и Джемма задрожала от холода. Боже! Как она исхудала! Охваченный чувством собственной беспомощности, которого он никогда не знал прежде, Коннор огляделся вокруг. Ни движения. Ни души.

— Джемма… Девушка застонала.

— Мне нужно съездить за повозкой. Здесь вы будете в безопасности. А когда я вернусь…

— Вы никогда не вернетесь, — еле слышно проговорила Джемма. — Это как избавление… оставить меня здесь… на дороге… Очень хорошо. Вы освободитесь от меня… Хорошо… — бессвязно шептала она. В душе Коннора все перевернулось. Через мгновение он уже несся во весь опор по направлению к далеким огням. Казалось, каждая клеточка его тела восстает против того, чтобы покидать Джемму. Но другого выхода не было. Он один виноват в том, что она так истощена, изнурена тяжелым путешествием. Откуда, скажите на милость, возьмутся у нее силы для борьбы с этой ужасной непонятной болезнью? Да и будет ли она вообще жива, когда он вернется? Эта мысль заставила его пришпорить коня еще сильнее…

Глава 10

Монотонный шум воды где-то поблизости вывел Джемму из состояния забытья. Должно быть, рядом река, лениво подумала она. Наверное, Коннор разбил лагерь на берегу, пока она спала. Да нет, это просто невозможно. Не было же никакой реки. Или была?.. Наверное, ей целой жизни не хватит, чтобы вспомнить, как они остановились, как спешились. Как же это неудобно — ночевать под открытым небом! Единственное, что потом остается, — это ощущение невероятной усталости. Она медленно открыла глаза.