- Так неужели же пропали мои деньги?

   - На деньги вы поставьте крест, дело теперь не в них, важно задержать мошенника! Мы вот что сделаем. Вам когда назначено быть у него?

   - В следующий вторник в 12 часов.

   - О, почти еще неделя! Но ничего не поделаешь - придется ждать. Я дам вам во вторник агента, и он под видом вашего приятеля купца, мечтающего о камер-юнкерстве, явится с вами к князю.

   Вы постарайтесь навести разговор о подробностях вашего вице-губернаторства, а еще лучше попытайтесь всучить ему денег (не бойтесь, их отберут при аресте!). Таким образом, у нас будет свидетель. Поняли?

   - Понял, понял прекрасно! - сказал повеселевший Панов. - Ну, подожди же, мошенник, попадешься и ты.

   Мы распрощались.

   Все вышло как по-писаному. Во вторник при свидании с клиентами князь, не подозревавший беды, принялся разглагольствовать о своих мнимых связях и о своем якобы всемогуществе. Панова он уже "назначил" в Тобольск, а с моего агента успел сорвать пятьсот рублей на предварительные расходы, после чего был арестован и препровожден в полицию. Князь Одоевский оказался ямбургским мещанином Михайловым с тремя судимостями в прошлом.

   - А-а-а... князь дорогой! Покорнейше прошу садиться, - приветствовал я афериста при его появлении у меня в кабинете.

   - Не измывайтесь надо много, г. начальник, - сказал грустно Михайлов. - Поверьте, что лишь тяжелая судьба толкнула меня на это дело.

   - Удивительно бесцеремонна с вами судьба, Михайлов, вот уже четвертый раз, что она вас все толкает. Пора бы и перестать!

   - Что же поделаешь? - развел он руками. - Стоит стать на этот путь, а уж там не остановишься! Впрочем, должен сознаться, что совесть меня не терзает, так как, в сущности, зла я не делал.

   Бедных я не обирал, моими жертвами были обычно люди с достатком, претендующие на лучшее служебное или общественное положение, не брезгующие при этом средствами для достижения своих целей. Вы не поверите, кто-кто ко мне не обращался только!

   Ради чина, ордена, какого-нибудь звания, люди, на вид уравновешенные и серьезные, лезли доверчиво в мои сети. Господи! Да если я - какой-то несчастный Михайлов, бывший актер, без роду и племени, мог вселять доверие и зарабатывать немалые деньги, то что должно делаться в приемной у Распутина, действительно обладающего и связями и фактической властью?

   Я прервал этот поток философии, и "князь" водворен был в камеру.

   За "камер-юнкера", "вице-губернатора", "Белого Орла" и прочие художества он поплатился полутора годами тюремного заключения.

Неудачная вылазка

   - Господин начальник, ваше превосходительство, явите Божескую милость, не оставьте без внимания бедную невесту без роду и племени.

   С таким восклицанием обратилась ко мне на приеме женщина лет 30, одетая не без претензий, на вид - не то горничная, не то лавочница.

   - Почему без роду и племени? - спросил я.

   - Да, как же! Приехала я сегодня утром в Москву. Здесь у меня ни одной знакомой души, а московские жулики не только обчистили меня как липку, но и документ сперли. А без паспорта, сами знаете, куда сунешься? Ни в одну гостиницу не пущают, - и она разлилась в три ручья.

   - Успокойтесь, что могу - то сделаю. Расскажите, в чем дело?

   Она успокоилась, обтерла глаза и принялась за рассказ.

   - Я сама из Вышнего Волочка, там родилась, выросла, вышла замуж и овдовела. У покойного мужа был трактир. После смерти его дела я не оставила и все шло, слава Богу, по-хорошему. С год тому назад зачастил в мое заведение наш сосед, эдакий степенный человек, непьющий, с деньгою и вроде как бы образованный.