— Что здесь такое? — спросил Лукьен, оглядываясь по сторонам, видя вокруг множество напряженных лиц. Он узнал многих людей, которых видел на встречах с Акилой. Все это были служащие канцелярий. — Напоминает Суд Милости.

— Милости! Здесь нет никакой милости!

Лукьен повернулся к говорившему. Низкорослый лысый человечек в пурпурном жилете канцелярии казны смотрел на него, не узнавая.

— О чем вы говорите? — удивился Лукьен. — Что тут происходит?

— Грабеж и тирания, вот что происходит, — горько проговорил чиновник. — Где вы прятались весь последний месяц? В пещере?

— Да о чем вы говорите?

Прежде чем чиновник успел ответить, двери тронного зала распахнулись и появился человек. Это был канцлер Сарк из канцелярии казны. Выражение его лица было мрачным. За ним следовал начальник стражи Грэйг.

— Лукьен? Пойдем. Акила ждет тебя.

Лукьен не мог двинуться с места. Он смотрел на Сарка, пытаясь угадать, что за дурные новости так изменили его лицо, затем перевел сконфуженный взор на Грэйга.

— Грэйг, в чем дело? Что здесь делают все эти люди?

— Позже объясню. А сейчас — поспеши.

Лукьен протиснулся сквозь толпу к дверям. Трагер двинулся было за ним, но Лукьен велел ему остаться. Трагер неохотно согласился. Лукьен ступил на порог и услышал, как дверь за спиной захлопнулась. Перед ним простирался пышный и сверкающий тронный зал, украшенный фресками и железными канделябрами. Красный ковер вел к помосту, где между двумя горящими жаровнями высился величавый трон, украшенный резьбой.

— Добро пожаловать домой, — сказал сидящий на троне человек.

Это был Акила — но нет, не он. Он сидел, положив руки на подлокотники, со зловещей улыбкой на устах, вперив взгляд в Лукьена. Кожа на лице короля была бледной, туго натянутой; костлявые пальцы выдавали истощение. Глаза налились кровью, волосы спутались, а мятая рубаха свободно висела на хрупких плечах. Чем ближе подходил Лукьен, тем шире становилась улыбка короля, но в ней не было ни тепла, ни ласки.

— Акила, — прошептал Лукьен. — Что… Что с тобой случилось?

— Ты уже тысячный человек, кто задает мне этот вопрос. Честно говоря, мне надоело, — он заметил сумку, висящую на поясе рыцаря. — Ты нашел амулеты?

— Нашел.

— Покажи их мне.

Лукьен замешкался. Человек на троне вряд ли был Акилой. Он казался намного старше, беды исказили его лицо.

— Акила, ты выглядишь совсем по-другому, — произнес Лукьен. Он сделал шаг к помосту. — Я слышал, что произошло в Норворе. Ты в порядке?

— Амулеты, Лукьен. Дай их сюда.

— Что происходит снаружи? Что здесь делают все эти люди из канцелярий?

— Выплачивают долги, — ответил Акила.

— Долги? Ты имеешь в виду, платят за твою библиотеку, не так ли? Джири и Нил рассказали мне о бароне Глассе, Акила. Как ты мог арестовать его?

В глазах короля вспыхнул гнев.

— Не провел дома и минуты, а уже указываешь мне, как поступать! Благодарю тебя, Лукьен. Не знаю, что бы я делал без тебя. А сейчас будь добр — отдай амулеты.

— Как она? — продолжал допытываться Лукьен. — Ей хуже?

— Моя жена чувствует себя прекрасно, — отвечал Акила. — Или, по крайней мере, будет — как только ты отдашь мне эти чертовы амулеты!

— Здесь только один, Акила, — объявил Лукьен. Он снял с пояса сумку и открыл ее. Затем поднял амулет за цепочку и показал Акиле.