Джансиз редко покидала их крыло, и не могла ориентироваться, ее нужно было вести за руку. Рука была холодной и дрожащей, служанка часто дышала от страха.

— Я хочу вернуться, — взмолилась Джансиз. — Пожалуйста, пока никто нас не увидел.

Но они уже почти добрались до места, и Кассандра поверила в успех.

— Нет, пойдем дальше.

— Касс, пожалуйста…

— Ш-ш-ш.

В окна пробивался лунный свет, в коридорах горели факелы. Двери буфетной были самым серьезным испытанием. Кассандра собиралась уже открыть их, потянувшись к ручке, когда двери распахнулись и на пороге неожиданно выросла чья-то фигура. Пульс королевы участился, едва глаза человека обратились к ней.

— Эй? Есть тут кто-нибудь?

Это был Эгин, суконщик Кассандры. Он держал в руке куриное крылышко, которое стащил на кухне. Кассандра глубоко вздохнула, подавляя панический страх. Эгин был слеп, и не мог узнать ее. Кассандра сжала руку Джансиз: ответь, мол, что-нибудь.

— Ах, да, это я, — неловко пробормотала Джансиз. — Это ты, Эгин?

— Джансиз? — Суконщик расслабился, решив, что никто не заметил его кражу. — Что ты здесь делаешь, девочка? Почему не пошла на представление вместе с остальными?

— Я… как раз туда иду, — проговорила Джансиз. Она нахмурилась. — А ты почему не там?

— Что мне с этого толку? Я не желаю слушать чужие охи да ахи, раз все равно ничего не увижу, — он сунул кусок курятины в карман штанов. В отличие от Джансиз, он был слеп от рождения, поэтому его не волновали все эти вещи. Он отличался дружелюбием и уравновешенностью, а слепота, казалось, ничуть его не беспокоила. — Но тебе стоит поторопиться, если желаешь насладиться лунным затмением. — Он отошел в сторонку, чувствуя, что Джансиз прямо перед ним.

— Да, хорошо… — отозвалась Джансиз.

Кассандра потихоньку потащила ее вперед.

— Доброй ночи, Эгин, — пожелала Джансиз.

— Доброй, — отозвался суконщик, отправляясь к себе.

Плечи Джансиз дрожали.

— Вот видишь? Нас чуть не поймали! — проворчала она.

— Говори потише, — велела Кассандра. Она что есть силы поволокла подругу через буфетную. Времени оставалось всего ничего, но они уже почти достигли сада, и худшее осталось позади. Кассандра быстро нашла потайную дверь. Дверные пружины проржавели, ведь ею почти никто не пользовался, но Кассандре удалось отворить ее, хотя и с усилием. Перед ними открылся сад. Кассандра была настолько поражена зрелищем, что не сразу вспомнила, куда идти дальше. Где-то поблизости располагалась лужайка, когда-то засаженная лилиями. Тропинку из камней можно было различить с большим трудом среди бурно разросшейся травы.

— Вот сюда, — сказала Кассандра. — Ох, и заросло же здесь все…

— Да уж, я чувствую эту траву даже через юбку!

— Тем лучше, она скроет наши следы, — промолвила Кассандра и двинулась вперед вместе с незрячей спутницей. Ее глаза привыкли к темноте, и тут она увидела звезды. Они подмигивали, словно старые друзья. Луна ярко сияла в небе, освещая заброшенный сад. Кассандра остановилась, не в силах ни двигаться дальше, ни оторвать взгляд от небесной красоты.

— Как красиво! Я уже успела позабыть все это!

Звезд было великое множество. Они выстроились в небе, образовав туманную арку. Кассандра почувствовала, как дрожат ноги.

— Касс? Ты здесь?

— Да, — прошептала Кассандра. Она посмотрела на Джансиз, на ее обеспокоенное лицо, и ей стало жаль подругу.