Лукьен был потрясен.

— Дети? Вы хотите сказать, Нечеловеки вступают в брак?

Миникин рассмеялась.

— А почему это вас шокирует? Мы же люди, Лукьен, хотя и отличаемся от вас.

— Но это должно длиться десятилетиями, — произнес Лукьен. Он подошел к окну и склонился над подоконником. То, что говорила Миникин, не укладывалось в голове. Разумеется, большинство этих людей привели сюда, иначе…

Он медленно повернулся к Миникин, осторожно рассматривая ее.

— Миникин, сколько вам лет? Я имею в виду вот что: получается, до вашего прихода здесь никого не было, иначе как бы вы смогли привести этих людей в Гримхольд?

— Я не приводила их всех, сэр Лукьен. Я же говорю — большинство из них родились здесь. И теперь они составляют целые поколения.

— Поколения? Но этого не может быть. Значит, вы очень древняя!

— Ну, положим, не такая уж древняя, — отшутилась Миникин. — Но для своего возраста я выгляжу весьма молодо, — она дотронулась до амулета на своей шее. — Он хранит мою жизнь много лет. Пожалуй, больше, чем вы можете себе представить. Разве вас не удивляло, что миф о Гримхольде насчитывает такую долгую историю? И история эта появилась задолго до вашего рождения.

— Знаю, но… — Лукьен растерянно пожал плечами. — Как это может быть?

— Амулеты, Лукьен. Они очень сильны. И именно они сохраняют мне жизнь с самого начала. А начало было давным-давно, — Миникин подхватила его под руку и подвела к окну. — Посмотрите. Сейчас здесь тысячи Нечеловеков, и их число растет с каждым годом. Вот почему я просила вас не волноваться. Мы не так слабы, как кажется.

— Эти люди внизу — те, которые… ну, нормальные… они тоже Нечеловеки?

Миникин кивнула.

— Все население Гримхольда — Нечеловеки, но не у всех есть духи Акари в качестве помощников. Полноценные жители не имеют Акари. Но все они потомки тех, кого я привела сюда. Некоторые из них родились с увечьями, как их родители. Но многие — нормальные, как вы их называете.

— А они знают о мире снаружи?

— Конечно. Они не пленники. У меня нет секретов от них. Все знают, почему они здесь, и как это получилось. Знают также, что Гримхольд — секретное место, единственное, где Нечеловеки действительно в безопасности. Они работают на полях и строят дома, добывают воду и вполне могут защищать Гримхольд, — она подтолкнула его локтем. — Достаточно, чтобы создать армию, а?

— Да, — мягко ответил Лукьен. — Пожалуй, вы правы.

Против такого количества народу даже обученные воины Акилы вряд ли выстоят. А еще у них есть оружие. Кроме того, что он обнаружил, наверняка есть оружие и в селении. Но у них мало времени. А еще — грозное пророчество.

— Миникин, а как насчет предсказания Прорицательницы? — спросил Лукьен. — Она же видела это место в руинах. Я полагаю, что людей там много, но все они не солдаты. Даже если они смогут держать в руках оружие, их могут истребить.

— Я знаю, — ответила Миникин. — И они тоже знают. Но это их дом. Они готовы умереть, защищая его.

Лукьену пришлось отвести взгляд.

— Но я не хочу, чтобы они умирали, Миникин. Это несправедливо. Я привел сюда Акилу. Почему эти люди должны платить за мою ошибку? — он с сожалением покачал головой. — Хотел бы я остановить это. Хотел бы я… — он пожал плечами, не зная, что еще сказать.

— Лакарон видит будущее словно в осколках зеркала, Лукьен.