«Бенелли», гладкоствольный самозарядный полуавтоматический дробовик, сконструирован на основе газоотводной системы АРГО, автоматически перезаряжаете действием газа, поршнями и штоками, что повышает надежность автоматики. Запирание ствола осуществляется поворотом затвора на два выступа. Стреляет зарядами калибра 2,75 и 3 дюйма различной мощности без дополнительных приспособлений для подгонки патронов в любой комбинации. Его можно регулировать, полная разборка производится без специальных инструментов и даже в полевых условиях не составляет труда. Идеально подходит для ближнего боя в условиях низкой освещенности. Совершенно потрясающее оружие. Хотя больше всего мне правилось то, что у него имелась защита от дурака.

Ружье для отстрела вампиров было заряжено собранными вручную патронами со стреловидными серебряными пулями, отлитыми одним парнем в горах. Пули были похожи на крошечные ножи, при выстреле разлетались веером и входили в цель, разрывая ткань и мгновенно убивая. То, что каждая пуля была сделана из чистого серебра, уменьшало их проникающую силу, но отравляло вампиров даже без прямого попадания. Вампир уже никак не мог вырвать их из тела, он истекал кровью, и серебро быстро проникало в организм. Я открыта затвор, внимательно осмотрела и обнюхала каждый патрон. Громилу само ружье заинтересовало мало, он просто посмотрел, чем я пользуюсь.

Нa второй этаж я никогда не поднималась, если не считать того раза с камерами. По-прежнему совершенно голая, я пошла по следу Громилы наверх, прошла из комнату в комнату: по четырем обставленным антиквариатом спальням, кладовым и обеим ванным. Здесь он управился быстрее. Намного быстрее, как будто знал, что наверху я бывала редко. Странно. Конечно, он мог догадаться,  что я жила внизу, но знать  наверняка?

Снова спустившись вниз, он довольно долго терся на кухне, особенно его привлек холодильник. Большая часть свежей говядины исчезла, осталось лишь несколько хороших бифштексов из филейной части.

На вычленение эмоциональных феромонов в его следах ушло какое-то время, в конце концов я остановилась на двух. Отвращение на равных соседствовало с любопытством. Итак, зачем помощнику главы вампирского Совета понадобилось узнавать о неработающих камерах в моем доме? Заглядывать в кладовку и комод? В холодильник? Его послал Лео? Если да, то почему?

Воспоминания о сне, где я видела пещеру, словно яркая вспышка, вновь пронеслись перед глазами, ошеломляя своей живостью. На какое-то мгновение я вновь. оказалась в пещере, вдыхала травяной дым, на стенах танцевали тени. Я резко бросилась в настоящее, вытянув руку для равновесия.

И совершенно обессилела. Это вторжение в мой дом и сад было надругательством. Я ходила от двери к двери, проверяя замки, — какая от этого польза, если ключи есть у всех желающих. Когда начало светать, я с трудом доползла до кровати и моментально уснула.

Сновидения подкрались медленно, словно хищники. Споткнулись, подошли ближе. Полная луна, большая, круглая, изливала свет. Он блестел на снегу и отражался от висящих на ветвях деревьев сосулек. На небе стояли холодные звезды, но не такие яркие, как при месяце. Я была кошкой, но не Пантерой. Была собой, но не совсем. Непостижимым способом, возможным только во сне, я нюхала темноту, усы дрожали, впитывая запах леса, жившего под снегом своей собственной жизнью, но теперь наполненного долгой зимней дремотой.

Я села, подвернув под себя короткий, толстый хвост.