— Кейти, — произнес он, голос повысился на последнем слоге.

Он остановился, руки нависли над ней в нерешительности. Сорванное платье обнажало ее маленькие груди с крошечными розовыми сосками. На плече след стандартного коричневого шрама. Лилия. «Клеймо», —  дошло до меня. Какого черта?

Зияющая рана в животе расползлась от ребра к выступу тазовой кости. По всей коже метки клыков. Нет большого куска плоти на правом боку. Над печенью. Рана сочилась. Он ел Кейти.

— Кейти, — прошептал Тролль.

Шок и ужас парализовали его, подобно безумцу, державшему его в оковах черной энергии. Пантера засекла слабый глухой шум.

— Сердце все еще бьется, — сказала я. Кровь пульсировала в горле, по сонной артерии в мозг. — Она по-прежнему… с нами. — Нельзя сказать, что жива. Но и не мертва.

Он обнял Кейти, убаюкивая ее, прижимая руку к отвратительной дыре в ее животе. Кисть до запястья сразу же покрылась кровью. Я протянула ему подушку, чтобы зажать рану. Оторвав от нее взгляд, он поднял голову — слезы на лице высохли. Было видно, что внутренне он собрался: осанка и самообладание выдавали в нем старого солдата.

— Он сломал все телефоны, вывел из строя охранную систему. Найди Лео. — Потом он посмотрел на меня. — Ты голая.

— Я заметила. Ты его видел? Тебе удалось разглядеть его лицо?

— Нет. Только расплывшееся пятно. Игры разума вампиров.

Он сказал: «Найди Лео».  Не сейчас. Я выбежала из комнаты вслед за запахом вампира. Пыталась понять. Я считала, что состав запаха вампира был сродни человеческому: менялся в зависимости от эмоционального состояния, физической формы, специй, употребляемых в пищу, или, как в этом случае, — от выпитой крови. Но здесь дело в другом. Преобразовывалась сама основа запаха. Он обрастал новыми оттенками, которые забивали старые.

Ничто не может изменить основной, индивидуальный, единственный и неповторимый из шести миллиардов других запах. Мы можем мыться, пока он не ослабнет, маскировать его всякой химией до неузнаваемости. Запах меняется от старости, от страха, при болезни, но в основе своей, в изначальном варианте, он остается уникальным. Его создают химические реакции в клетках каждого человека, не важно, сколькими слоями они покрыты, с чем перемешаны и хорошо ли закамуфлированы. А его запах менялся. Я пошла вслед за ним по коридору.

Крики, бульканье, запах свежей крови, которые я услышала и почувствовала, как только вошла в дом, теперь с особой отчетливостью доносились из столовой. Прислонилась спиной к стене коридора и резко навела оружие вперед-назад и вверх-вниз, чтобы проверить, все ли чисто сзади. Увидела разбитый канделябр. Наступилa на стекло. От постоянных передвижений сердце стало биться быстро и сильно, дыхание сделалось ровным и глубоким. В запахе моего пота не было примеси страха, смешанного с адреналином.

От столовой остались одни руины. Огромный резной стол перевернут, стулья раскиданы и сломаны. Картины Кейти забрызганы кровью. Но безумец пришел и исчез. Я тихо произнесла:

— Кто здесь? Это Джейн Йеллоурок.

Из-под стола выглянула белокурая голова, пряди на которой слиплись от запекшейся крови.