– Нет уж. – Девушка решительно покачала головой, собирая всю свою волю в кулак. – Я хочу быть свободна от тебя и этого проклятого мира. Я хочу помочь себе и тебе проснуться и вернуться к нормальной жизни.

– Прости, но это в мои планы категорически не входит. – Темная фигура сильнее сжала хрупкое тело девочки, и та болезненно вскрикнула. – Ты попала в идеальный замкнутый круг: ты не избавишься от меня, пока не отдашь ей свое письмо, но и письмо ты ей не отдашь, пока не избавишься от меня. Ты окончательно проиграла. Давай обойдемся по-быстрому: я великодушно отпускаю твою маленькую часть, и мы немедленно покидаем это место. А если нет…

Мгновенно перед испуганным маленьким ребенком словно из ниоткуда материализовался отец Анны, находящийся в состоянии мучительной агонии, пытающийся дрожащей рукой протянуться к своей любимой дочери. Его лицо было искажено болью, глаза умоляюще смотрели на девочку.

– А-а-а-а-а! – пронзительно закричала маленькая девочка, ее крик эхом отразился от кафельных стен.

Анна не выдержала этого ужасающего зрелища и тяжело упала на холодные колени, после чего стала горько плакать и неконтролируемо дрожать всем телом, вспоминая самое травмирующее воспоминание своего детства. Слезы текли по ее щекам горячими ручейками.

– Ах ты сволочь! Гнида! – с ненавистью бросила Анна сквозь слезы. – Немедленно прекрати это!

Умирающий отец мгновенно растворился в воздухе, а на его месте не осталось ровным счетом ничего. Девушка с трудом поднялась на дрожащие ноги и посмотрела в заплаканные глаза маленькой девочки, из которых все еще лились слезы безутешного горя. Увиденное разозлило Анну еще сильнее: ей отчаянно хотелось собственными руками прибить своего гребаного бывшего за такую жестокость.

– Ты и правда думаешь, что можешь что-то сделать? – Гнилой Марк медленно покачал головой и надменно посмотрел на бывшую, его взгляд полнился презрением и превосходством. – Давай не будем понапрасну тянуть драгоценное время, а то «рекламная пауза» моего захватывающего «шоу» слишком затянулась. Мне становится невыносимо скучно в одиночестве вытворять с моей идеальной послушной Анной свои самые бурные и извращенные фантазии. Его голос становился все более отвратительным, а в глазах плясали садистские огоньки.

– Больной ублюдок, – прошептала маленькая Анна, что неожиданно удивило Марка, и тот резко повернул голову, уставившись на детский лоб с нескрываемым изумлением.

– У-у-у, кому-то явно не хватает серьезных наказаний. – Мужчина противно поцокал языком и посмотрел прямо в покрасневшие от слез глаза взрослой девушки. – Ты будешь нести полную ответственность за ее дерзкие слова. Я обязательно придумаю что-нибудь особенно интересное и болезненное. – Черные щупальца вокруг его тела начали агрессивно извиваться, предвещая новые мучения.

«Давай же, Анна, думай, срочно думай», – лихорадочно пронеслось в отчаянных мыслях. Марк настолько полностью владел ею, что она панически опасалась, что тот способен читать абсолютно все, о чем она думает. Неужели это действительно конец? После всего этого кошмара она будет вечной беспомощной пленницей своего психически больного бывшего до самого конца своей жизни. Похоже, что это ее справедливая расплата за болезненную одержимость… или, может быть, еще есть призрачный шанс все кардинально исправить?

– Вспомни, как он жестоко над тобой издевался! Это значительно ослабит его! – торопливо и взволнованно сказала маленькая Анна, в ее детском голосе звучала неожиданная мудрость.

Эйрд мгновенно ярко представила, как ее бывший цинично обесценил один из романтических ужинов, который Анна с любовью приготовила специально для них двоих.