Я кивнула.

— А второе — с точностью до наоборот. Это когда ты всеми силами держишь лицо, улыбаешься и бодро здороваешься с каждым встречным, лишь бы никто не поинтересовался, что у тебя случилось.

— Это тоже знакомо, — сказала я. — Но вы, кажется, выбрали третий вариант. Я вижу вас уже года три кряду чуть не каждый день, вы всегда где-то не здесь. Наушники, музыка погромче, и…

Ярослав ухмыльнулся и дернул за провод, висевший у него на шее. На другом конце ничего не было.

— Видимость, — сказал он. — Вы правы. Я не хочу никого слышать, но слушать музыку в транспорте — это извращение. Читать еще можно, смотреть какую-нибудь ерунду, но не больше.

— Конечная, — обронила я. — Идемте, не то опоздаем.

— Вы сегодня…

— Надеюсь, без аврала, — ответила я. — Вы за Женей во сколько придете?

— Если бы я знал, — тоскливо ответил Ярослав. — Наверно, вы уже давно будете дома.

— Ну тогда мы с тетей Люсей накормим вас ужином, — нашлась я. — Что вам шарахаться по магазинам и наспех что-то делать? Зайдете за сыном, заодно вместе и поужинаете. Как вам?

— Неудобно…

— Неудобно на потолке спать, одеяло сваливается, — сказала я. — Купите продуктов, только и всего, а на три порции или на четыре готовить, тете Люсе без разницы.

Ярослав тяжело вздохнул и покорился.

Разумеется, маме я позвонила с работы и обрисовала ситуацию. Она неприлично хихикнула и пообещала приготовить что-нибудь этакое.

Я, само собой, приехала намного раньше Ярослава, поэтому застала занятия мамы с Женькой. Тот оказался совсем маленьким, а на рослого крепкого отца походил только большими синими глазищами да русыми волосами.

— Ася, ты? — окликнула она с кухни. — Давай, умывайся, ужинать будем!

— Ма… Тетя Люся, Ярослав тоже подъедет попозже, давай погодим! Пацана накорми, а сами уж как-нибудь…

— Мелкий сыт, — ответила мама, появляясь в дверях своей комнаты, взяла меня за рукав и увлекла в ванную. — Аська, слушай меня сюда… Умойся и поди познакомься с мальчишкой.

— Мам, я не умею с ними…

— Научишься, — отрезала она. — Твой Ярослав тоже не умеет. Вот будете не уметь вместе, ясно?

— Чего ясно-то?!

— Втюрилась, дура, — сердито сказала мама. — Нашла пару — мужик с прицепом! Нет, ну ладно, это очень симпатичный прицеп, хоть начисто невоспитанный и ничему не обученный, с этим-то мы справимся. Только, Ась, я никак из этого твоего Ярослава не вытяну, почему от него жена сбежала. А она именно сбежала, причем сына бросила. Так что, прежде чем к нему в койку прыгать, уж разузнай, может, он уголовник? Или кто похуже?

— Ты умеешь ободрить, мама, — серьезно ответила я. — Разузнаю. Иди готовить! А я правда попробую с мелким познакомиться. Вдруг он что знает?

Как выяснилось, Женька обожал рисовать. Меня когда-то гоняли в художественную студию, так что я выгребла свои запасы, и мы устроились на полу в гостиной. Кое-что я еще помнила, и простейшая лессировка повергла мальчишку в такой восторг, что я диву далась. Причем я еще удивилась, сколько всего помню сама, хотя давным-давно не бралась за кисть.

— А сколько времени? — спрашивал он то и дело.

— Который час, — машинально поправляла я.