|
Выгрузив коз и овец циклопа из полого судна, Начали мы их делить, чтоб никто не ушел обделенным. 550 Стадо меж всеми деля, товарищи в пышных поножах Мне еще дали отдельно барана. У самого моря Я чернотучному Зевсу Крониду, владыке над всеми, В жертву сжег его бедра. Но Зевс моей жертвы не принял: Думал он, как бы устроить, чтоб все без остатка погибли 555 Прочные наши суда и товарищи, мне дорогие. Так мы весь день напролет до зашествия солнца сидели, Ели обильное мясо и сладким вином утешались. Солнце меж тем закатилось, и сумрак спустился на землю, Все мы спать улеглись у прибоем шумящего моря. 560 Рано рожденная вышла из тьмы розоперстая Эос. Встал я от сна. Ободряя товарищей, им приказал я, Севши тотчас в корабли, отвязать судовые причалы. Все они быстро взошли на суда, и к уключинам сели Следом один за другим, и ударили веслами море. 565 Дальше оттуда мы двинулись в путь с опечаленным сердцем, Сами конца избежав, но лишившись товарищей милых". Гомер. Одиссея. Песнь десятая. ПЕСНЬ ДЕСЯТАЯ. "Вскоре приехали мы на остров Эолию. Жил там Милый бессмертным богам Эол, Гиппотом рожденный. Остров плавучий его неприступною медной стеною Был окружен, берега из обрывистых скал состояли. 5 В пышном дворце у Эола двенадцать детей родилися - Шесть дочерей и шесть сыновей, цветущих здоровьем. Вырастив их, сыновьям дочерей он в супружество отдал. Пищу вкушают они с отцом и с матерью доброй В доме отца, и стоят перед ними несчетные яства, 10 Жареным пахнет в дому, голоса на дворе отдаются - Днем. По ночам же они, со стыдливыми женами рядом, Под одеялами спят на своих просверленных кроватях. В город пришли мы, в чертог прекрасный Эола. Радушно Месяц он нас принимал и расспрашивал очень подробно 15 Про Илион, про суда аргивян, про возврат наш обратно. Все про это ему я рассказывал, как что случилось. После и сам я его попросил, чтоб устроил отъезд мне. Он не ответил отказом и в путь меня тотчас отправил. Шкуру содравши с быка девятигодового, в той шкуре 20 Крепко Эол завязал все пути завывающих ветров. |
