Изменить размер шрифта - +
Его мы застали
        Вместе с женою его и со всеми детьми за обедом.
        К дому его подойдя, у дверных косяков на порог мы
        Сели. В большое они изумленье пришли и спросили:
                - Ты ль, Одиссей? Каким божеством ты попутан враждебным?
 65   Мы так заботливо в путь снарядили тебя, чтоб ты прибыл
        В землю родную, и в дом, и куда б ни явилось желанье! -
                 Так говорили они. И ответил я, сердцем печалясь:
                - Спутники вызвали эту беду, и притом еще сон мой
        Гибельный. Но - помогите! Ведь вы это можете сделать! -
 70   С мягкими к ним обращаясь словами, я так говорил им.
        Все замолчали вокруг. Отец же ответил мне речью:
                - Прочь уйди скорее, мерзейший муж среди смертных!
        Я не смею как гостя принять иль в дорогу отправить
        Мужа такого, который блаженным богам ненавистен!
 75   Раз ты вернулся, богам ненавистен ты. Вон же отсюда! -
                 Так промолвивши, выгнал меня он, стенавшего тяжко.
        Дальше оттуда мы двинулись в путь с опечаленным сердцем.
        Греблей мучительной дух истощался людей из-за нашей
        Собственной глупости: ветер попутный теперь уж не дул нам.
 80   Шестеро суток мы плыли - и ночи и дни непрерывно.
        В день же седьмой в Телепил мы приехали - город высокий
        Лама в стране лестригонской. Пастух, свое стадо пригнавший,
        Перекликается там с пастухом, кто свое выгоняет.
        Муж, не знающий сна, получал бы двойную там плату:
 85   Пас бы сначала быков, а потом бы - овец белорунных,
        Ибо дороги и ночи и дня там сходятся близко.
        В гавань прекрасную там мы вошли. Ее окружают
        Скалы крутые с обеих сторон непрерывной стеною.
        Около входа высоко вздымаются друг против друга
 90   Два выбегающих мыса, и узок вход в эту гавань.
        Спутники все с кораблями двухвостыми в гавань вступили
        И в глубине ее близко поставили друг возле друга
        Быстрые наши суда: никогда не бывало в заливе
        Волн ни высоких, ни малых, и ровно блестела поверхность.
 95   Я лишь один удержал вне гавани черный корабль мой, -
        Там снаружи, пред входом, к скале привязавши канатом.
        После того поднялся на расселый утес я и стал там.
        Не было видно нигде человечьих работ иль воловьих,
        Дым только видели мы, как с земли поднимался клубами.
Быстрый переход