Патрик пытался читать утреннюю газету, но строчки прыгали перед глазами, расплывались, и он не понимал ни слова. Его мысли были заняты Дженнифер. Сегодня она уезжает в Европу. С мужем. Три недели он не увидит ее! Эта мысль приводила его в отчаяние. Нет, Патрик не пытался отговаривать Дженнифер. Во-первых, это бессмысленно, а во-вторых, он не имеет права влиять на ее решения. Но как все это тяжело! Впрочем, постоянно находиться рядом с ней и сознавать, что у их любви нет будущего, еще труднее.

Патрик оторвал взгляд от газеты и посмотрел на часы. Одиннадцать утра. Именно в это время Мередит просила его разбудить ее, потому что на половину второго была назначена дополнительная репетиция: в состав исполнителей вводили двух новых актеров.

Патрик отложил газету и направился в спальню. Подойдя к широкой двуспальной кровати, он взглянул на спящую жену, и его губы тронула мягкая, добрая улыбка. Мередит безмятежно спала, и Патрика охватило теплое, светлое чувство к ней. Мередит, его жена…

Когда они только поженились, Патрик восхищался красивой, яркой, чувственной Мередит и гордился тем, что она согласилась стать его женой. Теперь его отношение к Мередит изменилось. Она стала для Патрика близким, родным человеком, давним добрым другом. Патрик наклонился и поцеловал спящую жену.

— Пора просыпаться, дорогая.

— Да, сейчас, — пробормотала Мередит, не открывая глаз.

— Как спалось?

— Не хочу просыпаться… — Она перевернулась на другой бок.

Патрик вздохнул. Надо пойти сварить ей кофе. Накануне Мередит очень устала в театре, пришла домой после полуночи. Сам Патрик каждый вечер ложился спать поздно, но утром ему приходилось рано вставать, чтобы разбудить Лиссу и покормить ее завтраком.

Мысли Патрика снова вернулись к Дженнифер, и у него разболелась голова. Сегодня вечером Дженнифер и Тони уже прибудут в Лондон. Остановятся в «Хилтоне», лягут спать на широкую двуспальную кровать… Тони обнимет жену, они займутся любовью.

А почему, собственно, эта мысль так угнетает его? Дженнифер и Тони — супружеская пара, живущая нормальной жизнью. Но думать об этом и представлять Дженнифер в объятиях мужа было тягостно. Более того — невыносимо. Дженнифер как-то обмолвилась, что у них с Тони все по-другому. Хотела избавить Патрика от мук ревности?

«Остановись, перестань!» — приказал себе Патрик.

Он пошел на кухню, сварил кофе и принес его Мередит. Та все еще спала, повернувшись лицом к стене. Раздались телефонные звонки, и Патрик кинулся к телефону в безумной надежде, что это звонит Дженнифер… Она решила не ехать, осталась дома. Ждет его… Но это позвонила учительница Лиссы и сообщила, что в отопительной системе произошла авария и занятия сегодня отменены. Патрик велел Бриджет ехать за Лиссой в школу, а сам снова пошел будить жену. Ведь если она опоздает на репетицию, то виноват будет он!

Головная боль усилилась, в висках стучало, и Патрик выпил две таблетки аспирина. Наконец ему удалось разбудить Мередит, и он отправился на кухню готовить ей завтрак — омлет с тертым сыром.

Вскоре появились Бриджет и Лисса. Дочь с порога заявила, что очень голодна: из-за аварии учеников не покормили завтраком. Патрик кивнул и начал готовить для Лиссы гамбургер и овощной салат.

— Я хочу молока! — сказала Лисса.

— У нас нет молока. Подожди, пока Бриджет сходит в магазин и купит.

— А кока-колы тоже нет?

— Нет! — раздраженно бросил Патрик.

— А что же я буду пить? — Лисса капризно поджала губы.