Сейчас Патриком овладела идея поставить мюзикл «Елена», где Мередит сыграла бы главную роль, но стоит ли надеяться на то, что его грандиозный замысел воплотится в жизнь? А в том, новом спектакле на Бродвее будет задействован прекрасный состав исполнителей, и Мередит окажется в их числе… Господи, петь дуэтом с Раулем Хулиа… Об этом можно только мечтать! Одно его имя значит на Бродвее так много, что даже если придирчивые театральные критики отыщут в постановке недостатки, псе равно ей обеспечена долгая и успешная сценическая жизнь.

Перед глазами Мередит замелькали восхитительные и сладостные картины будущего триумфа: ее имя, огромными буквами написанное на афишах, реклама на телевидении и радио, интервью в газетах.

«Вот так всегда, — подумала она. — То пусто, то густо. Иногда ничего, кроме дурацких, никчемных записей на радио, — и вдруг сразу два заманчивых предложения: сыграть на Бродвее и получить главную роль в будущем спектакле Патрика!»

Нет, от предложения участвовать в бродвейской постановке отказываться ни в коем случае нельзя, но… Не обидит ли это Патрика?

«Хватит обо всем этом думать! — твердо сказала себе Мередит. — Ведь пока еще ничего не ясно!»

Долгие, обстоятельные размышления, поиски оптимальных вариантов решения проблем были не в характере и привычках Мередит. От умственных упражнений у нее начиналась головная боль.

Подойдя к зеркалу, Мередит придирчиво оглядела свое отражение. Зачем она сгоряча купила этот темно-фиолетовый джемпер? Он ей не к лицу и зрительно укрупняет фигуру. Придется ходить в нем дома, хотя джемпер слишком дорогой, чтобы радовать взор только Патрика и Лиссы.

Оторвав взгляд от своего отражения в зеркале, она посмотрела на часы: половина четвертого. Где же Лисса? Мередит охватила тревога. Каждый раз, когда дочь задерживалась, ей рисовались страшные картины: маленькая Лисса попадает под машину… на девочку нападает преступник и ранит ножом…

Сразу после того как их семья поселилась в доме, расположенном на пересечении Двадцать шестой улицы и Шестой авеню, Мередит заявила Патрику, что этот район не внушает ей доверия и небезопасен для проживания. Какие-то подозрительные типы разгружали товары для маленьких магазинчиков и лавчонок, неприятные покупатели и клиенты сновали между товарными складами. Здесь же собирались подростки, возможно наркоманы, и включали магнитофоны с идиотской музыкой. Они всегда гадко ухмылялись, когда Мередит проходила мимо них по улице, и отпускали ей вслед сомнительные реплики. В этом месте было лишь несколько относительно приличных и удобных для проживания домов.

Мередит вполне доверяла своей экономке, ирландке по происхождению, однако понимала, что защитить маленькую Лиссу от нападения какого-нибудь головореза Бриджет не сможет.

Мередит позвонила в администрацию школы, но там никто не взял трубку. Ладно, нельзя изо дня в день терзать себя тревожными мыслями! Наверное, Бриджет повела Лиссу пить молочный коктейль или решила пройтись с ней по магазинам. Раз уж родители не имеют возможности отводить Лиссу в школу, а потом забирать оттуда, значит, незачем впадать в панику, если девочка чуть-чуть задерживается.

Мередит вошла в кухню и, открыв холодильник, недовольно поморщилась. Почти пустой! Черт возьми, чем эта Бриджет занимается все утро и первую половину дня, пока Мелисса находится в школе? Бездельница, самая настоящая бездельница! Все вещи разбросаны, в доме не убрано. Да и когда Бриджет приводит квартиру в порядок, все равно все выглядит неопрятно.

Господи, как же хочется иметь нормальный дом, где у каждого — по комнате, а не прозябать в этом убогом тесном жилище.

Они сняли эту квартиру шесть лет назад, когда Лисса была совсем маленькой, и Патрик постоянно твердил, что это временно, буквально месяц-другой. Владелец дома обещал продать им эту квартиру, как только у них появятся деньги.