Но дело даже не в этом. Мередит всю жизнь испытывала почти панический страх перед работой с чужими или малознакомыми людьми — режиссерами, продюсерами, дирижерами, авторами либретто, композиторами… Как они к ней отнесутся, все эти люди? Проявят ли доброжелательность и внимание?

Даже Патрик, от которого Мередит почти никогда ничего не утаивала, не догадывался о том, как жена боится сцены и работы с чужими людьми. Если бы Мередит спросили, почему она при всем этом стала актрисой и певицей, она честно ответила бы: этот выбор за нее сделала мать.

Ее мать, честолюбивая, властная женщина, мечтала, чтобы дочь стала знаменитой. Подметив в Мередит рано проявившиеся актерские способности и хорошие вокальные данные, она решила, что дочь будет петь в музыкальных комедиях. И Мередит, покорно выполняя волю матери, с детства принимала участие в школьной самодеятельности, выступала перед соседями и друзьями, но преодолеть страх перед сценой так и не смогла. Режиссеры, театральные партнеры и зрители приводили ее в ужас. Мередит обожала театр, но с невероятным трудом подавляла страх и выходила на сцену. Руки дрожали, колени подкашивались.

А вот в новом мюзикле, который сочинят Патрик и Дженнифер, Мередит будет чувствовать себя уверенно и спокойно. Присутствие мужа, его внимание, доброжелательные, мягкие советы и замечания приободрят ее. Мередит не только очень любила Патрика, но испытывала к нему чуть ли не дочерние чувства, хотя они были почти одного возраста. Такое отношение к мужу как к старшему было, очевидно, обусловлено тем, что отец Мередит покинул семью много лет назад и она не знала, жив ли он, и если да, то чем занимается. Патрик казался ей умным, надежным, порядочным человеком; Мередит восхищалась его талантом и очень уважала мужа.

Однако что же делать и какое решение принять? Мысль, что сейчас, именно в этот момент, Латтимор и Райленд снова сидят рядом и воркуют, терзала Мередит. Конечно, они ведь творческие, одаренные люди, и в обществе этих двоих, как называла их раньше Мередит, она чувствовала себя не вполне полноценной. Они — образованные, остроумные, с полуслова понимают друг друга.

Едва появился Патрик, как Мередит, взглянув на его сияющее лицо, догадалась: встреча с Райленд состоялась.

— Привет, дорогая! — Патрик поцеловал жену. — Мел Фокс уже здесь?

— Да, ты опоздал на полчаса. — Мередит взяла у мужа шарф.

— Конечно, я опоздал, но эти полчаса были, возможно, самыми важными за последние годы!

Все ясно, Патрик встречался с Дженнифер. Мередит молча направилась на кухню. Итак, ей придется немедленно принять решение. Но какое? Внезапно оно пришло к ней само, без долгих, мучительных раздумий: ей не следует участвовать в новом спектакле, даже если ее партнером будет сам Рауль Хулиа. Ведь эти двое — Латтимор и Райленд — снова затевают совместную работу. А это означает, что они будут проводить вдвоем долгие часы… Нет, такого она не допустит. Мередит будет всегда вместе с ними, и без нее они не обойдутся. В общем, прощай, Рауль Хулиа, и, как это ни прискорбно, с возвращением, Дженнифер Райленд!

Пришли Бриджет и Лисса. Мередит, увидев в руках экономки сумки с продуктами, обрадовалась. Теперь уже проще справиться с обедом. Лисса подошла к матери, и только тут Мередит заметила, что дочь прихрамывает.

— Лисса, что случилось? Ты хромаешь?

— Да, мама, немного. Я подвернула ногу. Джулли… ну, ты знаешь ее, начала делать разные упражнения, а я на нее налетела и упала.

Патрик, едва слушая Мела, раздраженно думал о своей квартире. Пора наконец подыскать новое, удобное жилье! Разве можно нормально работать, когда кто-то из домочадцев находится в квартире? Как сочинять музыку для мини-сериала, если в доме постоянно шумно?

— Извини, Мел, давай еще раз послушаем вот это… Да, мне необходимо снять студию, где никто не будет мешать! Знаешь, сегодня я уже смотрел одно помещение, но пока не решил, подойдет ли оно мне или нет.