— Помня о том, что надо приглядывать за Мелиссой, я снял трубку в нашей комнате. Но по ходу разговора мне понадобились кое-какие бумаги, и пришлось спуститься на первый этаж, в кабинет. Но прежде я запер дверь комнаты Мелиссы, чтобы она не могла выбраться.

Взяв бумаги, Тони продолжил телефонный разговор. Мелисса успокоилась, а потом снова заплакала.

Из Флоренции Тони сообщили, что на фабрике, принадлежащей его семье, началась забастовка и линии по производству кожаных изделий временно остановлены. Это известие крайне обеспокоило его, ведь потеря нескольких рабочих дней грозила большими убытками.

И тут прибежал Тото. Он метался от беспокойства и всем своим видом показывал хозяину, чтобы тот пошел с ним. Почуяв неладное, Тони помчался вниз по лестнице. На первом этаже он увидел, что Мелисса выбралась из своего манежа и лежит на полу, задыхаясь. Подбежав к девочке, Тони попытался помочь ей, но Мелиссе становилось все хуже. Лицо ее посинело.

Тони позвонил в «Скорую помощь», но бригада врачей приехала не сразу. Не сумев помочь Мелиссе, они повезли ее в больницу, но и там ничего не смогли сделать. Мелисса умерла.

Как выяснилось, она открыла коробку с орешками в сахаре, взяла горсть, положила в рот, подавилась, закашлялась и… задохнулась.

Дженнифер, рыдая, выслушала мужа.

— Ты оставил Мелиссу в манеже? — вдруг спросила она. — Зачем? Она уже выросла и легко выбиралась оттуда! Я уже год как не оставляла ее в манеже.

— Я… не знаю. Все было так хорошо, Мелисса играла, рядом с ней постоянно находился Тото… Господи!..

— И еще: ты сказал, что сбежал вниз по лестнице, но до этого утверждал, будто находился в кабинете! — закричала Дженнифер.

— Возможно, я сейчас уже не помню. Я поднялся наверх, потом снова спустился на первый этаж… Этот звонок из Флоренции выбил меня из колеи. И вообще, — вдруг с яростью крикнул он, — я бизнесмен, а не нянька!

— Тони, но я же все утро объясняла тебе, что Мелисса теперь выбирается отовсюду и ходит куда хочет. Я много раз напоминала о том, что с нее нельзя спускать глаз! Ты сам предложил, что посидишь с дочкой вечером! Это была твоя идея, помнишь?

— Да, предложил, потому что хотел помочь тебе! Каждый вечер Мелисса спокойно засыпает, и я не понимал, что с ней и почему она не спит и все время плачет! Я же не мог предположить, что на фабрике во Флоренции вдруг начнется забастовка…

— Один-единственный раз я оставила Мелиссу на твое попечение, и ты… — рыдала Дженнифер. — Как ты мог…

— Все произошло так быстро, я даже не успел ничего сообразить… — И Тони, закрыв лицо руками, тоже зарыдал.

— Господи, зачем только я пошла на эту проклятую репетицию в ночной клуб?! Никогда больше я не смогу даже слышать, о «Норт-Бич плейере»! Господи, Мелисса!..

Тони обнял ее, и она зарыдала еще безутешнее.

Потом, через какое-то время, Дженнифер подумала, что несправедливо обвинять в случившемся только мужа. В том, что Мелисса умерла, она сама виновата, может быть, даже больше, чем муж. Дженнифер проводила с Мелиссой все время. Откуда же Тони было знать, как управляться с ребенком? Конечно, Тони обожал дочь, играл с ней, баловал ее, но предвидеть опасность, разумеется, не мог.

Тони в случившемся корил себя, а Дженнифер — себя. Они постоянно думали о дочери, вспоминали тот страшный день, задавали себе множество вопросов и все время говорили о том, что было бы, если…

Если бы Дженнифер не пошла в ночной клуб на просмотр костюмов для мюзикла.

Если бы Тони сказал брату, что перезвонит во Флоренцию чуть позднее.