|
Легко получить шкурки, как он сказал, удастся едва ли – Ингорев брат, который их привезет, уже будет знать, что бывшая Свенельдова дружина в ссоре с его наследниками. Но можно будет попытаться перехватить их, когда скору повезут в Плеснеск – Свенельдичи не захотят нарушить уговор, лишиться и прибыли, и выгодных связей. Ну а если не выйдет завладеть дорогим товаром, то всегда останется возможность открыть тайну этой сделки плеснецкому князю Етону. Это даст свою выгоду, и немалую: разозлившись за обман, старик Етон разорвет союз с Киевом и встанет на сторону нынешних врагов – древлян. Сигге уверял, что хорошо знает Етона – недаром же много лет ездил к нему с товарами. Он брал эти переговоры на себя и обещал достать для древлян могучего союзника. Тогда князья деревские будут спокойны за свои западные рубежи, зато киевским русам придется очень плохо, перекрой им Етон пути к моравским и баварским торгам.
Как именно найти в Плеснеске тех людей, что привезут мечи, Сакс не сказал. Главные тайны он держал при себе, чтобы его не обошли при дележе добычи. И теперь Володислав вспоминал его со смесью сожаления и досады: со смертью Сигге и еще одна возможность нанести киянам тяжкий удар ушла из рук… А что, если не ушла? Ведь он знает не так мало: что мечи привезут зимой в Плеснеск. Если открыть это Етону, он, князь, сумеет в собственном городе и найти нужных людей, и заставить их показать утаенный товар. Можно взять с Етона клятву, что он отдаст древлянам хотя бы несколько мечей. Но кому бы мечи ни достались – вручит Етон их древлянам, возьмет себе или отошлет назад, не желая ссориться с властителями баваров и саксов, – он поймет, что русам веры нет и что куда лучше ему стать другом древлянам, а не им. Половину ночи Володислав ворочался, раздумывая, как лучше поступить. Эй, стрый Малко! Как тебя сейчас не хватает! Отца Володислав почти не помнил – того убили русы, когда младший сын был нестриженым детищем. После смерти Олега Вещего покоренные им древляне сбросили узду и несколько лет вели войну с Олегом-младшим, наследником деда. И проиграли ее, когда Свенельд вернулся из поездки на север, в Остров-град, с войском наемников-варягов. Тогда погиб и отец Володислава, князь Добронег, и старшие братья. От мужчин семьи остались двое – Маломир и Володислав. Русы позволили им сохранить власть при условии, что деревским князем будет провозглашен не зрелый муж – брат покойного Добронега, а его трехлетний сын. Зато они пообещали Володиславу в жены Предславу Олеговну – правнучку Вещего. И свадьба состоялась десять лет спустя, когда в Киеве сидели уже другие хозяева, но столь же враждебные древлянам. Едва Ингорь, когда-то привезенный в Киев как заложник, подрос и стал мужчиной, как матерый волчище сожрал Олега Предславича, как перед этим – деревских князей. И отдал киевский стол своему выкормышу. Казалось, война эта идет давным-давно. Конечно, не в день избоища на страве она началась. И даже не в день их победы над Ингорем. Умер Свенельд, и известие это ударило в лицо, как порыв свежего ветра. Древляне, сдается, даже опьянели малость от этого вкуса внезапной воли. И когда Мистина Свенельдич приехал хоронить отца, он, Володислав, метнул свою шапку на куньем меху к подножию чура и объявил, что прежней дани Дерева давать больше не станут. Не своей волей Володислав объявил о разрыве договора. По совету с ними всеми – Обренко, Пятункой, Турогостем, Любоведом… Где они теперь? Случалось им спорить, но все же Володислав часто находил помощь и опору в их уме, мудрости, знании справедливых дедовых обычаев. Но нету их больше. Никого. Хоть ступай на их могилы да ложись там спать, чтобы хоть во сне явились, посоветовали что… Советоваться пришлось с Коловеем, Красилой и Миляем. Из новых своих соратников Володислав уже выделил этих троих. Прежде за них говорили старейшины их родов, но теперь, заняв освободившиеся места, наследники показали себя не худо. |
