— Я без особого труда сделаю заключение о вилле. Но, насколько я понял, вы предлагаете мне одновременно с этим заняться поисками каких-то сокровищ? Должен сразу вас предупредить, что, по-моему, это пустая трата времени. Вы согласны платить мне… хм… как консультанту за то, чтобы я искал клад, которого в действительности скорее всего не существует?

Даг усмехнулся:

— Я понимаю ваше недоумение, но смею вас заверить, дядя Дигби нашел достаточно доказательств существования клада. Элисса хочет удостовериться в этом прежде, чем мы продадим виллу. Поскольку вы все равно будете обследовать дом, почему бы вам заодно не поискать и сокровища?

— А вы уверены, что ваш дядя Дигби был в своем уме?

— Джонас! — сердито прошипела Верити. — Это уже переходит всякие границы!

Элисса улыбнулась и спокойно ответила:

— Не волнуйтесь, Верити. Мы с Дагом и сами так когда-то считали: дядю вполне можно было принять за сумасшедшего. Да, это был человек со странностями, но он нисколько не сомневался, что вилла скрывает в своих стенах клад. Он вел записи своих поисков, оставил дневник. Правда, к сожалению, писал на латыни. А еще он отыскал бриллиант.

— Бриллиант?! — Верити изумленно вскинула голову.

Даг кивнул:

— Пять лет назад я видел его собственными глазами. Дядя Дигби показал мне драгоценную находку почти сразу. Он считал, что это ключ или что-то в этом роде. Кристалл — длиной почти в два дюйма, зеленого цвета, продолговатой яйцевидной формы, весьма необычной огранки — пропал пару лет назад вместе с дядюшкой. Скорее всего Дигби либо спрятал свою находку, либо унес бриллиант с собой.

Джонас выпрямился в кресле, впервые выказав интерес к разговору.

— Ваш дядя считал, что бриллиант — работа ювелиров шестнадцатого века?

— Да, — ответила Элисса, повернувшись к Джонасу и звякнув браслетами. — Тогда он был уже дряхлым стариком и вполне мог ошибиться, но раньше имя Дигби Хейзелхерста было широко известно среди специалистов. Тридцать лет назад он считался признанным знатоком истории Возрождения.

— Хейзелхерст?! — повторил Джонас. — Вашего дядю звали Дигби Хейзелхерст?

— А вы о нем слышали?

— Помнится, я как-то нашел его ранние труды по истории Возрождения, — медленно вымолвил Джонас. — Они пылились в старых помещениях библиотеки Винсент-колледжа. Я наткнулся на них совершенно случайно.

— Боюсь, к тому времени, когда дядя Дигби покинул наш грешный мир, от его репутации ученого остались одни воспоминания, — заметил Даг. — Говорят, последние двадцать лет его статьи становились все более странными и непонятными. Коллеги перестали с ним общаться; его отстранили от преподавательской деятельности, а научно-исторические журналы перестали публиковать его труды. Он окончательно отошел от дел, удалился на свой остров и остаток жизни провел в поисках клада.

— Вы сказали, ваш дядя умер два года тому назад? Даг кивнул:

— Старик пропал без вести. В его-то возрасте и пускаться в плавание одному! Впрочем, старина Дигби всегда старался держаться независимо. У него было слабое сердце. В полиции сделали вывод, что с ним, вероятнее всего, случился сердечный приступ и он вывалился за борт. Тело найти так и не удалось, нашли только лодку — ее выбросило на соседний остров.

— А вам в наследство достались дневник, полуразрушенная вилла и бриллиант, пропавший неизвестно куда, — подытожил Джонас.

Элисса рассмеялась, тряхнула головой, сережки ее задорно звякнули.

— Даг совершенно прав: виллу надо продать, у нас не хватит средств на ее содержание.