Так… Интересно, это поручение – западня или оно соответствует реальной необходимости? Как бы там ни было, Медес ничем не рискует. И Собек, даже если и поместит его под наблюдение, как и других чиновников, напрасно надеется на то, что он, Медес, совершит какой-нибудь неверный шаг!

Стало быть, перед отъездом из столицы Секретарь Дома Царя не станет общаться с ливанцем. Его напарник поймет, почему он молчит. Поймет правильно… Правда, к несчастью, нужно было бы растаможить груз с драгоценным лесом из Библоса… И это деликатное дело Медес не может никому перепоручить… Жаль, что и рассказать о возвращении Икера он тоже не может!

Сеть ливанца продолжала оставаться в дремлющем состоянии. Купцы, бродячие торговцы и цирюльники были свободны от своих занятий и спокойно болтали со своими клиентами, жалуясь на возможные предстоящие трудности и восхваляя достоинства и заслуги великого фараона. Что ж, приходилось выжидать, потому что стража и агенты Собека шныряли повсюду и пытались нащупать след в темноте!

До получения новых инструкций от Провозвестника ливанец занимался своей обычной коммерческой деятельностью и наживал мзду, хотя его состояние уже и сейчас было вполне приличным.

Приход к нему в дом его лучшего агента, водоноса, удивил ливанца.

– Неприятности?

– Медес только что отплыл на корабле в сторону юга.

– Но мы должны были сегодня ночью встретиться!

– И Жергу в поездке. Он занят баржами с зерном для поставок армии.

Что ж, все понятно: Сесострис едет из Египта в Нубию и везет с собой пищу, потому что там ее мало!

Стратегия Провозвестника работала отлично!

Единственная неприятность состояла в том, что к этим работам привлекли Медеса!

– А что происходит во дворце?

– Правит царица, а визирь и Сенанкх управляют государственными делами. Собек ужесточил контроль над прохождением товаров и расставил стражников по всем кварталам столицы. К тому же усилено наблюдение за знатью. По всей вероятности, фараон приказал ему умножить усилия.

– Это настоящая головная боль, ваш Защитник!

– Наша разобщенность друг с другом всегда соблюдалась и соблюдается очень строго, – напомнил водонос. – Даже арест одного из наших не приведет к поимке остальных.

– Слушай, ты навел меня на мысль… Чтобы успокоить охотящегося сокола, лучше всего дать ему поймать какую-то жертву!

– Это рискованно!

– Разве ты только что не похвалялся тем, что у вас такая разобщенность?

– Да, но…

– Имей в виду, сетью руковожу я!

Рассерженный ливанец проглотил пирожное с кремом.

– Да, Медеса нет… Кто теперь займется таможней? А ведь прибытие нового корабля с грузом драгоценного леса намечено на день перед полнолунием!

– Собек усилил меры по безопасности всех портовых сооружений, всех причалов и набережных! – предупредил водонос.

– Этот тип начинает мне надоедать! Из-за него мне придется отдать распоряжение и задержать наше судно с грузом в Библосе! Ты даже представить не можешь, сколько я на этом потеряю! И кроме того, мы не знаем, сколько времени Медес вынужден будет провести в Нубии… Если только он оттуда вернется…

Религиозные взгляды Провозвестника интересовали ливанца меньше, чем его торговые обороты. Какая разница, кто у власти и что это за власть, если торговля процветает, а темные делишки приносят замечательные доходы!

Итак, стража становится слишком обременительной…

Ну в самом деле, не позволит же ливанец себя разорить!

Если ситуация станет невыносимой, Жергу бросится в воду! С налившимся кровью лицом, весь в поту, с отчаянными воплями он носился из конца в конец по пристани, не зная, каким богам молиться.