Отец Фри приблизился к изолятору, и Толедо отметил, что Спук выглядит не лучшим образом — под запавшими глазами залегли темные тени, одет в какие-то грязные джинсы и выцветшую рабочую рубаху. В руке отец Фри держал неизменный саквояжик со всем необходимым для отправления обрядов.

— Привет, Спук, — прокаркал Рино. — Ну и видуха же у вас!

— Благодарю вас, полковник, — ответствовал отец Фри. — Вы тоже выглядите отменно.

Полковник кивнул на саквояж священника.

— Ожидаете самого худшего?

Бледные губы отца Фри тронула легкая улыбка.

— Когда дело касается вас, полковник, я всегда ожидаю самого худшего. Однако отпевать вас вроде бы пока что рановато, и я не входил в круг вашего общения вот уже несколько лет. Чем могу быть вам полезен?

Полковник повернулся к сержанту Клайду:

— Сержант, вы католик?

Клайд, читавший на своем «Лайтспиде» новый гипер-роман, нарочно хохотнул.

— Нет, полковник, я — демократ.

— Я хочу исповедоваться отцу Фри, — сказал Рино. — Вы имеете представление о том, что это означает?

— Да, сэр, — осклабился Клайд. — Думаю да, сэр. Это означает, что священник должен держать это в тайне, и даже суд не вправе заставить его огласить содержание исповеди.

— Совершенно верно, — подтвердил Рино. — А еще это означает, что я не хочу, чтобы меня подслушивали, поскольку сказанное мною может подвергнуть опасности жизни близких мне людей. Полагаю, я здесь полностью под колпаком?

— Верно, полковник, — сказал Клайд. — Но взгляните-ка вот сюда.

Огромный негр встал из-за терминала, протиснулся мимо койки полковника и указал на несколько кабелей и проводов, змеившихся сквозь плексигласовую стену изолятора наружу.

— У святого отца есть «Сайдкик», у вас — киберперчатка. Он подключает к наружному выводу свой «Сайдкик», вы — свою киберперчатку, вот здесь. Вы соединитесь с ним напрямую, и никто не засечет, что вы будете передавать, если воспользуетесь знаковым языком.

— Подключите нас, сержант, если вам не трудно.

— Охотно, сэр.

Менее чем через минуту полковник Толедо начал печатать:

«Хочу покаяться перед вами, святой отец, поскольку я погряз в грехах. Я уж и забыл, когда исповедовался в последний раз. Вы знаете, почему я выбрал тот путь, по которому иду. Я всецело доверяю вам и рассчитываю на то, что все услышанное вами от меня не будет предано огласке».

— Это я вам гарантирую, полковник, — сказал отец Фри. — Господь возвращает своих заблудших овец в лоно церкви поистине неисповедимыми путями.

Полковник Толедо проинструктировал отца Фри, чтобы тот связался с Йоландой Рубиа, которой, в свою очередь, следовало задействовать ее людей в Мехико и найти склад Садоводов, куда доставили груз, упомянутый Соларисом.

«Скажите ей, что это очень опасный препарат, — печатал Рино. — Скажите ей, что одна шальная пуля, выпущенная сегодня в Мехико-сити, может погубить нас всех в течение недели. Нужно во что бы то ни стало предотвратить дальнейшее распространение груза. Как только люди Йоланды обнаружат, где он содержится, им гарантирована всесторонняя поддержка со стороны Соединенных Штатов и приличное денежное вознаграждение.