– Привет, сука. Совсем одна? Может, я к тебе загляну. Давно не виделись, ты небось скучала?

Когда Рина поднялась, вода залила и погасила свечи. Обнаженная, роняя капли, она бросилась к своему оружию, вытащила его из кобуры. Не выпуская из рук пистолет, она накинула халат и бросилась к двери, чтобы проверить замки.

– Может, хулиган? – сказала она вслух, стараясь успокоить себя. – Может, просто какой-то псих.

Но она проверила окна, осмотрела улицу внизу. Потом она дважды проиграла и прослушала сообщение. Голос был ей незнаком. И телефон больше не зазвонил.

– Джина трижды упаковывала и опять распаковывала свои вещи, – сказала ему Рина. – Можно подумать, она отправляется на сафари, а не к морю на пару дней.

– Я еще не встречал женщины, которая не взяла бы вдвое больше вещей, чем нужно.

– Она перед тобой.

Хью улыбнулся и откусил кусок гамбургера.

– Ну, это мы еще поглядим, когда ты приедешь. Ты поняла, куда ехать? Я могу отложить отъезд до завтра, если боишься, что не найдешь дорогу.

– Я думаю, справлюсь. Извини, я не могу уехать раньше. Джина все равно освободится только завтра после обеда. Мы втроем будем завтра скорее всего ближе к ночи.

– Я оставлю свет на крыльце. Знаешь, даже лучше, что я приеду первым. У меня будет время проверить дом, им в этом сезоне еще не пользовались. Забью холодильник жратвой. Говорят, ты умеешь готовить.

– Я родилась со сковородкой в одной руке и головкой чеснока в другой. – Рина к готовке относилась как к искусству. – Попробуй раздобыть креветок, я их приготовлю в чесночном соусе.

– Грандиозно! Я думаю, дорога у вас много времени не займет. В середине недели, так поздно ночью… В Северной Каролине на дорогах пробок уж точно не будет. – Хью бросил взгляд на часы. – Я думаю добраться до Гаттераса к двум часам ночи, если ничто не помешает. – Он вытащил из заднего кармана бумажник и бросил на стол несколько ассигнаций. – В коттедже нет телефона, но ты можешь позвонить в супермаркет во Фриско, они мне передадут.

– Ты уже это объяснял, папочка. Не беспокойся о нас.

– Ладно. – Хью обогнул столик, наклонился и поцеловал ее. – Осторожней на дороге.

– Ты тоже. Увидимся завтра ночью.

Деревенская дорожка, отвези меня домой.

Классная ночь, куча звезд, но луны нет. Темно, пусто, то, что доктор прописал. Обогнал его пять миль назад, стало быть, он скоро будет. Выберем место, приготовимся.

Встанем на краю дороги, откроем капот. Можно было бы и аварийный сигнал выставить, но нет, не стоит. А то еще притормозит какой-нибудь другой болван.

Этой ночью время есть только на одного.

Только на одного.

А он обязательно остановится. Это уж как пить дать. Доброхоты всегда останавливаются. Добрые самаритяне. Это будет не первый, которого ты снял таким образом. И, бог даст, не последний.

Старый драндулет. Взял его у тупорылого мужлана. И что ему остается делать? Лить слезы в свое пиво. Так, фонарь на месте. Девятимиллиметровый на месте.

Прислонимся к капоту. Насвистываем. Можно и сигаретку выкурить, время провести. Он будет с минуты на минуту.

Вон они, фары. А ну-ка, примем несчастный вид. Выйдем на шаг вперед, поднимем руку. Если это не он, просто помашем им, пусть проезжают. Скажем: «Нет, спасибо, у меня все в порядке. Только что ее завел. Спасибо за внимание!»

Но это он, точно он! Большой человек в большом синем «Бронко». Предсказуем, как рассвет. Останавливается, хочет протянуть руку помощи несчастному.