|
– По тайге далеко не угонишь. Вертолётом разве что вывезти на аэродром, а там – в грузовой самолёт. Или гнать до Енисея и грузить на баржу. – А на железнодорожную ветку? – На товарняке дольше. А зачем ты спрашиваешь? – Да вот, думаю, мне проще армейский вездеход для тебя угнать, чем с тобой под минами путешествовать. Он мгновенно съёжился на сиденье, как сдутое колесо. Пусть помучается. Зато понукать меня не будет. Тоже мне, кучер нашелся. Итак, наши мгновенно засекли бы вертолёт с Ларикой на тросах. Поблизости от Гнезда мимо дозорных и мухи не летают несчитанными. Но как-то же проскочила Ларика! Значит, её могли замаскировать и перегнать к баржам. Предупреждали же нас старейшины: мимикрия в иномарки опасна! Люди почему-то сразу становятся особенно алчными при виде бесхозной машины иностранного облика. Единственное, что не укладывалось в голове: почему царевна не сопротивлялась похитителям? Угнать дракона – задача в принципе не выполнимая. С нашей-то мимикрией. Да к тому же, Ларика любого человека одним плевком могла уложить в погребальную урну. Если после удара боевым плазмоидом по лбу от него уцелеет хоть горстка пепла. Что-то не так с этим похищением. Я заподозрил, что драконица просто захотела приключений на свой хвост. Или отчаялась. Как бы то ни было, надо мной висел меч договора, подписанного кровью, а спасение Ларики входило в него крохотным пунктиком с условием, что не будет противоречить основам. Но этот пунктик сводил меня с ума. И времени этот хитрохвостый Гадунов дал мне всего ничего. Великий Ме! Я должен выполнить договор со всеми его пунктами и пунктиками! Диме быстро надоело сидеть дырявым колесом. Он постучал по спинке кресла, словно просил разрешения войти, хотя давно уже вошёл, можно сказать, до самых печенок. – Гор, я ведь слышал, о чём ты со своими говорил. У вас кто-то влип в неприятности. Похищен, да? Я промолчал. Беглый раб не угомонился. – У тебя где-то карта была. Давай, я посмотрю удобные маршруты. Только ты мне хотя бы примерно обозначь координаты, откуда поиск начинать. Ага, так я ему Гнездо наше и заложил! Чего захотел! Но почему бы и не показать человеческое поселение, где был обнаружен последний след Ларики? Интересно, куда я впопыхах сунул карту? В какую складку тела? Я обнаружил её под приборной доской и аккуратно вытолкнул на поверхность. Парень опять схватился за челюсть, наблюдая за процессом преобразования _мен_ моего тела, имитировавших пластмассу и железо (кажется, люди называют их организованные сгустки атомами), _менами_, составлявшими карту. И чего рот разевать? Я же не удивлялся, когда он снял и встряхнул верхнюю шкуру, а потом снова надел. Должен же он понимать, что я точно так же передвинул часть себя, а потом поставил на место. В конце концов, даже слово _замена_ еще осталось в его языке, хотя Горыхрыч сетовал, что славяне уже сами давно не понимают, на каком языке и о чём говорят. – Круто! – выдохнул Дима, со священным трепетом в руках разворачивая карту. – Мало того, что ты метаморф, так еще и телекинезом владеешь. Да-а… инопланетяне, блин. Здорово! Как ты это делаешь? – Да откуда мне знать, как? Это же у-ме-ние! – Ну, так я и говорю, классное умение! Раз ты это умеешь, может, научишь? Ну, хотя бы меня. Как старший брат по разуму. – Это не я умею. Это Великий Ме умеет мной. Рыжеватые брови парня недоуменно вскинулись. – Кто-о? – он покрутил по сторонам грязно-русой головой, даже под сиденья пилотов заглянул, высматривая, не завалялся ли где-нибудь Великий Ме. |
