Настоятельница пристально посмотрела Селене в глаза. Ответ, хотя его и не произносили вслух, витал в воздухе.

— Значит, я Клеопатра Селена? А мой брат — Птолемей Гелиос? — Селена перевела взгляд на Андреаса. — Но почему солдаты убили только моего отца, а мать и брата пощадили? Разве мой брат не был такой же угрозой трону Тиберия?

— Я не знаю, почему их не убили, — ответил Андреас. — Но то, что они были угрозой, — это точно.

— А я? — спросила Селена. — Являюсь ли я до сих пор угрозой для римских правителей?

Они сидели безмолвно и слушали осторожное дыхание жаркой летней ночи. По ту сторону стен храма лежала Александрия, погруженная в сон. Легкий морской ветерок шевелил пальмы и поднимал рябь на воде, поблескивавшей в свете луны.

Наконец Селена сказала:

— Вот что, значит, имела в виду моя мать. Умирая в пустыне перед Пальмирой, она сказала, что Исида — моя богиня. Что она как-то заинтересована во мне.

— Твоей бабушкой и была сама Исида, Селена, — объяснила мать Мерсия. — Клеопатру еще при жизни миллионы людей почитали как богиню. А твой дед, Юлий Цезарь, был потомком Венеры. Обе эти богини охраняют тебя, Селена. В твоих жилах течет кровь богов и императоров.

Они стояли во дворе храма. До утренней зари осталось совсем недолго. Скоро Венера покажется над верхушками пальм. Селена все еще не пришла в себя. Весь ее мир перевернулся с ног на голову. И она сама изменилась.

— Что ты будешь теперь делать? — тихо спросил Андреас.

— Я не знаю. Я думала… я представляла себе это совсем иначе. Я имею в виду тот момент, когда я должна была узнать, кто я на самом деле и каково мое предназначение. Я перебирала в голове все возможные варианты. Но о таком я не могла даже подумать.

Андреас стоял совсем рядом, но не касался ее, он не обнял ее, хотя и очень хотел это сделать. Скажи только слово, Селена, умолял он ее про себя, и я ослушаюсь приказа императора и останусь с тобой. Мы найдем укромное место в верховьях Нила, где нас никто не найдет и где мы сможем жить в любви и согласии. Я забуду прошлое, боль и злобу, скажи только слово, Селена…

Селена знала: стоило ей сделать малейшее движение — и она прикоснется к нему. Попроси меня поехать с тобой, Андреас, думала она. Скажи только слово, и я покину Александрию, и богов, и свою судьбу, чтобы последовать за тобой.

— У тебя есть великий дар, Селена, — сказал он, — но здесь, в этом городе, где полно врачей и знахарей, ты понапрасну тратишь его. Ты рождена для великих деяний. Приют для больных в храме может теперь обойтись без тебя, ты научила других, и они теперь займут твое место. Много лет назад ты мечтала стать великой целительницей и приложить свои способности там, где в них больше всего нуждаются, — заговорил Андреас взволнованно. — Ты готова, Селена. Твои знания и способности обширны. Поделись своим даром там, где он больше всего необходим.

— А где это, Андреас? — спросила она. — Куда я должна отправиться?

— Поезжай в Рим.

— В Рим?

— Там нужны такие, как ты, Селена. Там необходимы твои умения и твоя мудрость. Здесь, в Александрии, твой дар пропадает впустую. Ты нужна Риму, Селена, нужна.

«Рим, — думала она, — город моих предков, город, провозгласивший богом моего деда. Ждут ли они меня там? — спрашивала она себя. Мои мать и брат. Привезли ли их обратно в Рим? Живы ли они еще?»

— У меня всегда было ощущение, Андреас, — тихо произнесла она, — что мое призвание целительницы и моя личность, мое «я» тесно связаны.