|
Скрипач последние годы сокрушался, что они втроём совсем Ита загоняли, и даже попытался устроиться дворником, вот только ничего хорошего из этого не получилось. В самую страду, во время листопада, у него как раз начиналось это треклятое обострение, и он вместо работы был вынужден сидеть дома, неделями не показываясь на улице — конечно, его тут же попросили вон, и с работы пришлось уволиться.
— Ладно, с работой разберёмся, — Ри встал. Поставил гитару к холодильнику, потянулся, с трудом распрямляя затекшую спину. Зевнул — всё-таки зря они пили в автопоезде, с этими уродами. — Ну что, пошли спать?
— Пошли, — согласился Ит. — Через минуту. Что завтра делаем?
— Мне надо собраться, мальчишкам тоже… — начал Ри.
— А у нас нет денег на двухместное купе? — жалобно спросил Брид. — Я понимаю, что дорого, но… Ит, очень трудно десять часов в рюкзаке. Правда.
— Ри, у тебя деньги есть? — спросил Ит.
— Тридцать рублей.
— И у меня четвертной, — подытожил Ит. — Билеты вроде бы по двадцать были… А, ладно! Гулять так гулять. Так. Я тогда утром еду на вокзал, беру СВ на вечер, ага? Вы собираетесь.
— Нам ещё нужно кое-что кое-откуда достать, — напомнил Тринадцатый.
— Ах, да. Вы достаёте… кое-что, мы собираемся. Потом, ближе к вечеру, едем на Московский.
— Не ближе, а вечером, — поправил Ри. — Мне ещё кое-куда надо в городе будет зайти. Потом расскажу.
— Хорошо, — кивнул Ит. — В общем, определились, как я понимаю.
— Ит, иди, мойся, — попросил Тринадцатый. — Как твоя спина?
— Как всегда осенью, — Ит безнадёжно махнул рукой.
— Ладно, разомнём, так и быть, — Брид ухмыльнулся. — Долг платежом красен.
— Это было бы хорошо, — Ит с надеждой посмотрел на него.
— А чего не попросил? — упрекнул его Брид.
— Не решился. Вы оба тоже затурканные, чего я вас дёргать буду.
— Всё, иди. От затурканного слышу, — Брид взял с тарелки кусочек хлеба с джемом, положил себе в рот. Блаженно прищурился. — Ты ещё тут?
Часом позже Ри вышел из ванной, на ходу вытирая полотенцем волосы, и направился к себе в спальню. Рядом с комнатой, в которой ночевал Ит и оба Мотылька, он остановился. Прислушался — из комнаты доносились какие-то звуки.
— Ох, хорошо… Брид, спасибо, родной, замечательно… уй, ну не надо так сильно-то!..
— Ты ему пяткой по этому диску врежь, не получится…
— Уй-яааа! Звери, имейте совесть!..
— Ты спать ночью спокойно хочешь? Вот и молчи. Сам напросился…
— Это ты предложил, мелкое чудище… о, вот так гораздо лучше… вот почему нельзя та-а-а-ак… как сейчас, и за что вы меня ногами бьете?..
— Кончай ёрничать, надоел, сил нет!.. И расслабься ты уже наконец, зажался, как лягушка в банке! Руки вытяни и не дёргайся… освободи спину, сколько лет тебе про это можно говорить? Ты чего, тупой?.. Не понимаешь?
— Да всё я… понимаю… а можно ещё вот так, а?.. чтобы не больно, а приятно…
— Тут тебе не баня, чтобы приятно!.. Если только приятно, то не поможет, а если сейчас всё сделать как надо, неделю спина болеть не будет…
— Изверги… Тринадцатый, ты садюга… я тебе это потом… ох… припомню…
— Изверги были те, которые тебе трубой по спине врезали. |