Глава 21

Джесс просто онемел — он мог только тупо глядеть на чудесное видение. Но гневные слова Лиссы в два счета вывели его из оцепенения.

— Ты пьян!

Она прижала Джонни к плечу, погладила по спинке.

— Хотел бы я напиться, — уныло пробормотал он.

— Именно в таком состоянии ты и способен встретиться лицом к лицу с собственной плотью и кровью?!

Она протянула ему мальчика. Джонни энергично отбрыкивался, недовольный тем, что ему мешают есть, хотя к этому времени, должно быть, уже насытился.

— Взгляни на него, Джесс. Джонни твой сын, Назван в честь твоего отца, который не считал позором жениться на женщине смешанной крови.

— Оставь моего отца в покое. Ты ничего не понимаешь… ни в нем, ни во мне.

Отвернувшись, он вылетел из комнаты под аккомпанемент громкого детского плача.

Следующее утро выдалось таким же хмурым и серым, как царившее в доме настроение. Один из внезапных ураганов позднего лета, казалось, обошел стороной «Джей Бар», клубящиеся облака, так часто приносившие дожди и превращающие пересохшую почву в жидкую грязь, летели по небу с угрожающей скоростью.

К тому времени как Лисса с Джонни спустилась вниз, Джесс уже позавтракал и уехал. Небо очистилось, появилось ярко-желтое солнце. Лисса решила, что пора раз и навсегда выяснить отношения, и тщательно уложила в большую корзину ломтики копченого окорока, кусок твердого сыра, купленного за большие деньги в Шайеннской лавке, хрустящие домашние пикули и большой каравай свежеиспеченного хлеба.

Джесс, по словам Уксусного Джо, уехал к пастбищу рядом с водопоем Скво Крик. Значит, они с Джонни как раз успеют туда, чтобы всем вместе отправиться на пикник.

Укладывая различные деликатесы, Лисса пыталась не думать о том, что сделает, если Джесс публично откажется от Джонни. Она почти физически ощущала его тоскливые терзания вчера, когда он увидел, как она кормит сына. Джесс избегал сына по той же причине, что и жену — не из-за того, что они ему безразличны… а потому, что слишком сильно любил.

И вот настал момент решающей игры. Необходимо убедить его, что они смогут быть одной семьей, жить вместе… если только Джесс захочет рискнуть.

Лисса поставила корзинку в кабриолет. Кормак запрыгал рядом, энергично виляя хвостом в предвкушении долгой прогулки. На крыльцо вошла Клер с Джонни на руках, ожидая, пока Лисса погрузит в кабриолет все необходимое.

— Возьмите одеяло, миссис, и еще одно, для малыша, — напомнила она, ласково улыбаясь Джонни.

Лисса ответила такой же радостной улыбкой, спрашивая себя, что думает тихая горничная о муже, который спит в отдельной комнате, и жене, не стеснявшейся последовать за ним на дальнее пастбище, да еще и с ребенком.

— Спасибо, Клер. Мы вернемся к ужину.

Она поглядела на север, где опять собирались свинцовые тучи.

— Если только не будет грозы. На Скво Крик есть лачуга, где мы сможем провести ночь.

— Поосторожнее, мэм, — посоветовала Клер, озабоченно хмурясь.

«Ты еще не знаешь всего», — подумала Лисса, садясь в экипаж и протягивая Джонни руки. Она тронула лошадь я поехала не спеша; впереди резвился пес. Иногда Кормак приостанавливался, желая посмотреть, что задерживает хозяйку, и вопросительно наклонял голову набок, словно желая сказать: «Почему ты не едешь быстрее?!»

Примерно через час послышалось мычание скота. Когда экипаж перевалил через подъем, в жарком воздухе висело облако пыли. Бычки и коровы беспокоились, толкались, рыли землю копытами. Лисса оглядела рассеявшихся по пастбищу всадников, ища глазами Джесса, но того нигде не было видно. Вздохнув, она направилась к Робу Остлеру, лечившему быка от парши обычным средством — керосином.