«Он тебя — тоже», — промелькнуло в мыслях у Йанты, как никогда отчетливо понимающей, что совершает глупость. Огромную глупость, просто чудовищную! По доброй воле отдаться Янсрунду душой и телом — да лучше было бы прыгнуть в гущу Каменных Псов… Фьялбъёрн — опытный воин, он уже тысячи лет водит «Линорм» и умеет справляться с любыми напастями. Ведь как-то он собирался победить Вессе без подобранной в море чужестранки?! Но… Что, если Гунфридр ошибся? Вессе опасен, очень опасен, в прошлый раз он мог если не погубить, то серьезно повредить «Линорм», а теперь его мощь только выросла. И Пустота! Вот что самое страшное! Если Йанта купит собой право помочь драугу, то может не вернуться из боя, или Янсрунду надоест игрушка и её отпустят, или… Но если Фьялбъёрн погибнет, пока она, умелая чародейка, пьет глёг и болтает с Повелителем Холода…

Это решило дело. Пусть она станет чем-то вроде плаща или огня в камине — вещью Ясрунда, но команда «Линорма» будет жить. Они доверились Йанте, назвав своей ворожеей, и подвести их нельзя. Иначе чего стоит ее честь колдуньи и воина?

— Да, — сказала Йанта. — Обещаю. Скорее же…

— Не торопись, дева. Сначала — задаток.

Янсрунд легко, как по льду, скользнул к ней, мгновенно оказавшись рядом. Его ладони легли на плечи Йанты: жутко холодные и тяжелые — словно две промерзшие насквозь каменные глыбы. Йанта покачнулась, стиснула зубы, но устояла. А в следующий миг все-таки закричала бы от боли, но её губы застыли, скованные поцелуем Янсрунда, как река — морозом. Холодно, больно, страшно… Еще миг — и внутри вспыхнуло скованное до этого пламя, с кровью растекаясь по всему телу. Освобожденная сила ликовала и пьянила, Йанте казалось, что она могла бы растопить всю ледяную пустыню вокруг дворца. Опасный обман!

Она с трудом сдержала немедленное желание сделать хоть что-то: запустить сноп искр, разжечь настоящий огонь в очаге Янсрунда — и пусть горит сам камень, если нет дров! Нет… тише… сила ей еще понадобится, вся…

— Какое сладкое золотое пламя… — промурлыкал Янсрунд, все так же держа её за плечи, и от его пальцев по всему телу растекался холод, борясь с жаром. — Кажется, вторую сделку я заключил куда выгоднее, чем первую. Удачи тебе, моя ворожея. Теперь — моя…

Мир сжался вокруг Йанты, сминая её, как листик бумаги, потом снова расправился, ударил круговертью тугих струй воздуха, красок, холода и тепла, пронзительных звуков… И наконец портал вышвырнул её, ослепшую и оглохшую, прямо посреди палубы «Гордого Линорма».

«Я не пожалею, — поклялась она себе, шагая вперед и глядя только на изумленное лицо Фьялбъёрна, стоящего тремя шагами дальше, у мачты. — Какова бы ни оказалась цена, я заплачу ее и никогда не назову чрезмерной, лишь бы никакой Призрачный Шторм, ворующий облики мертвецов, не смог показать мне еще и тебя, Бъёрн».

Глава 20. Возвращение на «Линорм»

Разве не глупо это было? Изо всех сил прикидываться перед самой собой, что просто делишь с ним постель, отдавая тело, но не сердце? Дарить ласки и принимать их, просыпаться в объятиях того, кого едва знаешь, принести ему клятву верности — не как любовнику, а как воин — ярлу. И все это время убеждать себя, что это ничего не значит, что так вышло — случайно сработавший портал закинул именно сюда…

Йанта смотрела на каменное лицо Фьялбъёрна и понимала, что все-таки не убежала от себя самой. Снова попала в ту же ловушку… Торгуясь с Янсрундом, она ненароком сказала Повелителю Холода правду, которую старательно скрывала от всех и от себя тоже. Бъёрн стал для неё не просто любовником.