Похоже, сирена становилась совестью маленького отряда. Загремел в сомнении остановился.

– Это правильно, – признала Джон. – Красивые озера нужно оставлять такими, какие они есть. В них, как правило, значительно больше добра, чем зла.

Загремел взглянул на Танди.

– Я согласна, – сказала она. – Мы ведь не хотим никому вредить, и, кроме того, эта вода действительно красива.

Огр пожал плечами.

Он не хотел ссориться со своими друзьями. И когда начал размышлять об этом, используя навязанный ему интеллект, который все еще был для него помехой, то осознал, что они правы. Тупое разрушение только повредит природе Ксанфа, что в конце концов отрицательно скажется на репутации огров.

– Не вредить никому, – угрюмо согласился он. У него возникли бы серьезные неприятности, услышь его какой‑нибудь огр. Только вообразите: не разрушить то, что можно разрушить!

– О, я готова поцеловать тебя! – воскликнула Танди. – Только не могу дотянуться. Загремел хохотнул: – Прекрасно. Теперь нам придется перебираться через озеро вплавь. Вы все умеете плавать?

– Я не могу плыть, – откликнулась Джон. – Мои крылья сломаются.

– Может быть, ты уже можешь лететь? – спросила сирена.

– Может быть.

Фея попыталась взлететь, замахав крылышками, на которых снова расцвели цветочные узоры. Казалось, она начала приподниматься, ветерок, поднятый ее крыльями, сдул с камней пыль, но взлететь ей так и не удалось. Она подпрыгнула. Порыв налетевшего ветра приподнял ее и увлек к краю кратера. Она изо всех сил махала крылышками, но ничего не получалось, и она снова начала падать.

Потянувшись, Загремел поймал ее, прежде чем она ударилась о каменистый склон. Она взвизгнула, но потом поняла, что он помогает ей, а не нападает на нее. Он бережно поставил феечку на землю, где она и стояла некоторое время, хорошенькая, раскрасневшаяся и дрожащая от переживаний.

– Похоже, еще рано, – заметила сирена. – Но ты можешь сидеть на спине у Загремела, пока он плывет.

– Думаю, да, – неуверенно согласилась фея. Ее маленькая обнаженная грудь бурно вздымалась. Загремелу пришло в голову, что для существа,' чьим естественным способом передвижения является полет, потеря этой способности почти равносильна катастрофе. Вероятно, он был бы в таком же состоянии, потеряв огрскую силу.

Они вошли в воду. Танди плавала довольно хорошо, а сирена, разумеется, превратилась в русалку и чувствовала себя как дома. Джон, явно нервничая, устроилась на голове Загремела, она была такой легкой, что он почти не ощущал ее веса. Огр поплыл через озеро, стараясь не расплескивать воду, чтобы не причинить фее вреда, а также забыть о том, как ему нравится плескаться. Когда путешествуешь не один, приходится идти на некоторые жертвы.

Сирена плыла впереди, легко опережая остальных. Это существо плавало просто великолепно, она явно была в своей стихии.

Что‑то темное надвинулось с севера. Это что‑то было массивным и темным, как низкая грозовая туча, скользящая по поверхности воды. Одновременно снова раздался ужасный вопль.

Загремел понял, что вопль исходит от тучеподобного существа. Вопли сопровождал ритмичный топот.

Сирена замерла на месте.

– Не нравится мне это, – сказала она. – Эта тварь топает по поверхности воды, я чувствую вибрацию от ее шагов. И направляется она к нам. Думаю, я могу ее обогнать, но Танди не сумеет, а Загремел не сможет действовать, не подвергая Джон опасности. Нам лучше выбраться из воды.

– Звук приближается слишком быстро, – сказала Джон.