— Да. У меня все в порядке, — послышалось в обеих рациях. — Я в машине на Реймонд-авеню. На ее правой стороне, если ехать из города. В одном квартале от щита с приветственной надписью.

— Выезжающие или въезжающие в город были?

— Нет.

— Отлично. Выча?

— Да? Слушаю.

— Мы взяли полицейский участок. Теперь займемся “пожаркой”. Увидишь патрульную машину, не пугайся. За рулем я.

В рации раздался смех Вычи.

— Нам начинать? — спросил он.

— Пока нет. Сначала мы захватим пожарных и телефонную станцию. Так что жди, когда я снова с тобой свяжусь.

— Хорошо. Будем ждать.

Пока Паркер говорил по рации, Чэмберс, сгорая от нетерпения, нервно расхаживал по зеленому газону.

— Все, Паркер, пора приступать. Время летит, — торопливо произнес Чэмберс.

— Не надо нервничать.

— А я не нервничаю. Я просто сказал, что пора действовать.

Все шестеро во главе с Чэмберсом, крепко прижимавшим к груди карабин, сошли с газона и направились к зданию, стоявшему на противоположной стороне улицы. Черная маска на голове Чэмберса намокла от пота и прилипла к его лицу. Но Чэмберса это не волновало — самое главное, ему наконец-то удалось сдвинуть Паркера с места.

“Как жаль, что Эрни с нами нет”, — подумал он.

Гаражные ворота здания пожарной службы были выкрашены в красный цвет. Справа от них располагался вход, обрамленный гирляндой красных лампочек. Ну, прямо “кошкин дом”, да и только!

Чэмберс усмехнулся и почувствовал, как на его лице с прилипшей к нему маской натянулась кожа.

В здание “пожарки” первыми вошли Паркер и Чэмберс. По вестибюлю группа прошла сначала прямо, потом свернула вправо и оказалась в длинном темном коридоре, освещенном всего одной лампочкой. Дверь первой справа комнаты была открыта, и из нее в коридор падал яркий свет.

К комнате за столом сидели двое пожарных в темно-синих комбинезенах и играли в карты. Завидев группу в черных масках, они, гремя стульями, повскакивали со своих мест. Эта комната очень напоминала ту, что находилась в полицейском участке. Только размеры ее были меньше, меньше в ней стояло столов и разного электронного оборудования. Здесь на стенах висели фотографии пожарных, снятых на фоне машин и запряженных лошадьми повозок.

Войдя в комнату, Чэмберс бросился влево, а Паркер — вправо. Именно так и любил работать Чэмберс — быстро, стремительно. Теперь настала и его очередь показать, на что он способен.

— Вы не вооружены, — обратился к ним Паркер, — так что руки можете не поднимать. Ну, как тебя зовут? — обратился он к одному из пожарных.

— Ди... Диган.

— А имя?

— Джордж.

— А твое?

— Йохансон. Вильям Йохансон.

— Билл или Вилл?

— Билл.

— Вот и хорошо, ребята. А теперь прошу вашего внимания.

Пока Паркер обещал пожарным, что ничего плохого им не сделают, если те будут вести себя смирно, Чэмберс выдвинул из-под стола свободный стул и уселся рядом. Чтобы ни один из них вдруг не вздумал бежать, он держал свой карабин наготове. После того как Паркер проинструктировал пленников, Чэмберс опустил оружие — теперь он твердо знал, что ни тот ни другой с места уже не сдвинутся. Обоим пожарным было за пятьдесят, а в таком возрасте люди уже могли отдавать отчет своим действиям.

То, как вел себя Паркер, его начинало раздражать. По мнению Чэмберса, тот должен был обращаться с захваченными пленниками менее дружелюбно. С какой это стати он спрашивает их имена? Кому это нужно знать, как их зовут? Это же пустая трата времени и ничего больше!

Когда Паркер закончил свой короткий инструктаж, Грофилд и Филлипс занялись Вильямом Йохансоном.