Мег неохотно взяла шар.

— У меня не всегда получается. Но я попробую.

Не всегда получается? Да ей вообще никогда раньше ничего не удавалось с этим магическим шаром!

Мег повертела его в руках, вспомнила, как Сандер бесстыдно хвастался тем, как он обманывал людей, которые верили, что он умеет предсказывать будущее. Мег задумалась, посмеет ли она поступить, как он. Но она не могла обмануть Елизавету, даже чтобы спасти леди Дэнвер.

Она глубоко вздохнула и не мигая стала глядеть в хрустальный шар, изо всех сил стараясь сосредоточиться. Она представила свои глаза сферическими линзами, совсем как те, что она приспособила для подзорной трубы, исследуя беспредельную ширь небес, притягивая звезды все ближе, ближе.

Булавочные уколы света заплясали перед глазами и затем, казалось, взорвались во множество головокружительных образов, мелькающих один за другим. Но последний из них заставил Мег вскрикнуть и отбросить шар.

Она снова сжалась на стуле, вся дрожа. Королева нагнулась, чтобы поднять магический шар. Она поставила его на серебряную столешницу и спросила:

— Что вы там увидели, дитя мое?

«Ничего», — захотелось выкрикнуть Мег.

— Я... я видела, что у вас будете долгое и славное правление. Ваши враги не смогут одержать победу над вами. Вы...

— Не лгите мне, девочка. Скажите правду. Разве видение моей славы заставило вас побелеть и задрожать, как если бы вы увидели призрак вашей матери?

Мег сглотнула и призналась:

— Я видела то, чего вы боитесь больше всего... Это была женщина перед казнью. Не леди Дэнвер. Какая-то пожилая женщина в старом замке, очень далеко отсюда. Она прячет маленького спаниеля под юбкой, когда кладет голову на плаху. Палач замахнулся топором в первый раз, но промазал и...

— Достаточно. — Елизавета вскочила со стула. — Вам больше не надо мне ничего рассказывать.

Она отошла от Мег к единственному окну в комнате и, отвернувшись, стала смотреть в окно. В комнате воцарилась тяжелая тишина.

— Простите... меня, ваше величество, — наконец решилась заговорить Мег, — все, что я видела... это, бывает, ничего и не значит. Моя подруга Кэт всегда убеждает меня, что будущее нигде не записано. Мы сами делаем наш собственный выбор.

— И иногда мы вынуждены сделать именно этот выбор. — Когда Елизавета вернулась и встала перед Мег, что-то закрылось в ее глазах.

Это снова была не просто Елизавета. С нею заговорила королева.

— Что ж, Маргарет Вулф, вы убедили нас. Леди Дэнвер должна быть освобождена, но мы должны отправить вас к человеку, который лучше всего подходит, чтобы взять на себя ответственность за столь опасную ведьму.

Сердце Мег упало. Она испытала такую необъяснимо сильную связь с Елизаветой, она надеялась, что королева тоже ощутила такую же связь, и это побудит ее смилостивиться над Маргарет.

Но девочка только мужественно поклонилась. Когда она последовала за королевой из ее личных покоев, Мег высоко подняла голову и распрямила плечи, стараясь не дрожать при мысли о том, какому хранителю темницы или башни ее передадут или препроводят сразу же в руки палача.

Когда они вступили в зал сразу за покоями королевы и Мег увидела человека, ожидающего ее, она заморгала, не веря своим глазам.

Мартин Ле Луп расхаживал по небольшой зале, как волк в клетке. Он резко остановился, когда в дверях появились королева и Мег, следовавшая за ней.

Никогда еще Мег не видела такого неумолимо сурового взгляда у своего отца. Она съежилась, чувствуя, что, наверное, предпочла бы увидеть хранителя темницы.

Мартин опустился на колени перед королевой, не давая Елизавете шанса заговорить.

— Ваше величество, умоляю вас простить мою дочь. Я не знаю, что Маргарет, возможно, наговорила вам, но...

— Она побаловала нас необыкновенно занятной историей, мсье Ле Луп.