Метафоры, в которые пациентка облекала свое состояние, не замутняли сути. В шестнадцать лет Ася была влюблена в своего одноклассника Егора Гобзу, а он не ответил ей взаимностью. Это разочарование и стало пунктиком, навязчивой идеей, с которой Ася так и не сумела справиться. Она явный интроверт, и значимость этого события в ее внутреннем мире не могло перекрыть ничто извне.

    Марка знобило – то ли простыл, то ли сказывалась общая нервозность этого вечера. Он растворил было таблетку аспирина, но вспомнил, что пил алкоголь, и вместо лекарства заварил крепкого чаю. А потом скачал из Сети новые Асины записки.

    22

    «Я покажу тебе Атхарту», – обещал я Фаине. С тем же пафосом и тем же успехом я мог сказать: «Я подарю тебе эту звезду».

    Атхарта бесконечна, и вечности не хватит увидеть все ее чудеса, особенно если сидеть безвылазно в Хани-Дью, как это делаю я. Впрочем, легких на подъем людей в Атхарте не больше, чем на Земле. Все как-то прибиваются к одному месту, обустраивают жилище, обрастают друзьями, даже семьями… Бэзил – скорее исключение, чем правило. Два года он провел в странствиях и повидал многое… Однажды ему повстречалось загадочное древнее царство.

    – Я увидел огромный город, – рассказывал Бэзил. – В центре – храм, покрытый золотым куполом. Ей-богу, по высоте он не уступает нью-йоркским небоскребам. От храма разбегаются улицы, но не линиями, а концентрическими кругами, а сквозь круги тянутся лучи каналов. На окраине города стоят вышки-зиккураты из голубого мрамора. Еще там много статуй крылатых людей и животных. Я решил, что это божества, которым поклонялись обитатели города еще на Земле. А стены домов сплошь покрыты фресками. Бытовые сценки, праздники, портреты… Поразительные лица. Какая-то неведомая раса. Я уверен, она древнее ассирийцев и египтян. Возможно, это и есть пресловутые атланты.

    – А сами жители? – спросил я. – Ты их видел?

    – Никого, – пожал плечами Бэзил. – Я бродил по улицам, заходил в дома – там просторно, красиво, но пусто. Может, жители ушли. А может… исчезли. Эх… Есть многое на свете, друг мой Грегор, что и не снилось нашим мудрецам, – глубокомысленно закончил Бэзил.

    Соблазн побродить по улицам заброшенного города был велик. Но я так и не понял из объяснений Бэзила, где он находится. Впрочем, у меня в Атхарте были свои фишки. Их-то я и хотел показать Фаине.

    В два часа я, как и обещал, явился к ее дому – угрюмому серому прямоугольнику с единственным отверстием для входа. Хозяйка Сидела внутри на диване. На ней был какой-то уродливый комбинезон, напоминавший рабочую одежду.

    – Ты так и поедешь? – не выдержал я.

    – Тебе-то какая разница? – фыркнула она, по обыкновению уставившись на меня немигающими глазами.

    Я мысленно выругался. Но. подавив раздражение, сказал максимально спокойно:

    – Мне, как ты выражаешься, фиолетово. Просто удивляюсь: неужели ты никогда не фантазировала себе наряды?

    – Почему? – не без гордости ответила Фаина. – У меня была косуха. С черепом на спине. Череп я пришила сама. Ну что, поехали?

    – Полетели, – кивнул я.

    Фаина недоуменно подняла брови и шагнула за порог. Я стоял у нее за спиной, предвкушая триумф. Перед домом нас ждал голубой – как в песенке Крокодила Гены – вертолет.