Разумеется, создать такое чудо техники за считаные часы невозможно. Нужны чертежи, а лучше – профессионал-авиаконструктор. Поэтому я просто попросил Дилана одолжить мне одно из его творений. Дилан провел со мной краткий инструктаж, и теперь я мог сносно управлять этой машиной, даже если бы лететь пришлось не в Атхарте, а на Земле.

    Мы поднимались все выше, Хани-Дью пестрел внизу лоскутным одеялом. Я наслаждался полетом и этими неожиданными каникулами Бонифация. Не хотелось думать, что завтра я снова превращусь в канцелярскую крысу и целый день просижу за компьютером. Фаина мне не мешала. Ее вообще не было слышно, так что в какой-то момент я даже испугался, не выпала ли она за борт… Обернувшись, я увидел, что она дремлет, откинувшись в кресле. Ни дать ни взять – летит надоевшим маршрутом в служебную командировку. Ах вот как, подумал я. Сейчас ты у меня проснешься. Я лихо накренил вертолет, так что пейзаж Атхарты оказался у нас под правым боком.

    – Ты что делаешь?! – вскрикнула Фаина, цепляясь за подлокотники кресла. Глаза стали огромными: она не на шутку испугалась.

    Я довольно улыбнулся:

    – Успокойся, дурочка. Мы не разобьемся, даже если упадем. Лучше смотри, какая красота…

    Вертолет снижался, и навстречу надвигались горы, поросшие хвойным лесом. То здесь, то там сквозь прорехи в темно-зеленой шубе торчали скалы. Одинаковых не было. Одни напоминали застывшую волну, другие – звериную морду, третьи – человеческий профиль. Потом солнечный свет сменился тенью, и мы спустились в глубокий каньон. С десятиметровой высоты туда обрушивался водопад. Я посадил вертолет на воду, и брызги залепили лобовое стекло.

    – Держись! – весело подмигнул я Фаине и повел машину прямо в водопад.

    Фаина вцепилась мне в плечи – как девчонка, которую в первый раз катают на мотоцикле. Вода страшно пробарабанила по крыше. Миновав водяную завесу, мы оказались в гроте, заполненном подземным озером. Лучи фар освещали высокие своды, влажные стены и даже гроздь летучих мышей, прилепившихся к каменному выступу, – деталь, которой автор этой потрясающей иллюзии наверняка особенно гордился.

    А потом в пещеру ворвалось солнце.

    – Где мы? – шепотом спросила Фаина.

    – На пути в затерянный мир, – торжественно объявил я.

    23

    Огромное красное солнце освещало долину. Деревья со странными перистыми кронами и гибкими, гладкими стволами отбрасывали длинные тени. Вдали голубела горная гряда, слева начиналась пальмовая роща. На ее опушке паслись удивительные существа, похожие на гигантских тушканчиков. А прямо перед нами стоял динозавр невероятных размеров.

    – О господи… – захлебнулась Фаина.

    Она суетливо огляделась, подобрала с земли какую-то ветку и устремилась вперед, размахивая ею, как флагом. Динозавр недоуменно уставился на ожившее дерево, потом наклонил маленькую, по сравнению с туловищем, голову и осторожно принял подношение.

    Фаина восхищенно смотрела, как по-коровьи двигаются его губы, пережевывая листья. Наконец она оглянулась на меня и со знанием дела сообщила:

    – Это диплодок. А вон те, мелкие, если я не ошибаюсь, – цератопсы.

    Глаза у нее блестели.

    – Откуда ты знаешь? – уважительно спросил я.

    – У меня в детстве была книжка с картинками… Слушай, а они настоящие? В смысле, это те самые, которые когда-то жили и умерли на Земле? Или муляжи? Иллюзии?

    – Не знаю, – честно ответил я.