Ещё этого нам не хватало. Ломать дверь к Рею, это будет верхом неуважения. Её обязательно накажут за это. И будь уверена Нэнси, я буду лично при этом присутствовать. Что-что, а иногда тебе точно следует всыпать.

— Рей! Рей! Не стесняйтесь! Выходите!

И всё же мне будет намного спокойнее если до этого не дойдёт, и ты будешь вести себя нормально. Например, будешь спокойно ждать, пока он откроет. Если он откроет, конечно. В конце концов, у него своя жизнь и у него свои заботы. Но… Но думать, что мы теперь разделены не так уж и хорошо. Почему-то от этого мне становится только грустнее.

Тогда Нэнси сказала, что мы не сильно близки. Пусть мы и пережили такое, однако провели то вместе мы всего три дня. Хоть я и пыталась закрыть на это глаза, убедить себя, что этого вполне достаточно, чтоб стать близкими, но правда была несколько иной. Больно признавать, что мы были всё равно чужими людьми. И только то, что мы рабы делало нас ближе.

Я до сих пор точно не знала, как к нам относится Рей. Он улыбался нам и сделал очень много хорошего, однако он мог воспринимать нас как чужих. Нет, я не буду оспаривать его мнение и его предпочтения, но в глубине души мне хотелось бы, чтоб он видел в нас родных ему людей. Если бы я могла показать ему, что…

— Кто-то идёт, — вдруг настороженно и тихо произнесла Нэнси. Её слов вывели меня из раздумий из заставили посмотреть на неё удивлённо.

— Но это же, наверное…

— Нет, — уже наперёд предугадала она мой ответ. — Я уж смогу отличить шаги нашего хозяина от чужих. Это кто-то другой.

Я могу сразу определить, когда Нэнси спокойна, а когда нет. И сейчас она явно забеспокоилась. Не могу сказать, почему, однако она очень умная и чувствительная в отличии от меня и поэтому может правильно почувствовать ситуации, когда я буду думать, что всё в порядке. Она выставила передо мной руку, словно подсознательно желая прикрыть.

Послышался щелчок замка.

Нэнси замерла. Я почувствовала, как напряглись все её мышцы.

Дверная ручка дёрнулась, дверь стала открываться…

А в следующее мгновение я даже не поняла, что происходит. Вроде бы мы стояли около двери, и вот одним прыжком оказались у противоположной от двери стены. И Нэнси ловким движением затолкала меня к себе за спину.

Я увидела, как изменились её руки и ноги. Появились уши и хвост, который встал дыбом. Она зашипела. Она очень редко шипит. Вернее будет сказать, я видела это всего несколько раз, и то, тогда нам угрожала смертельная опасность. А сейчас она стоит в стойке, готовая броситься в любую минуту!

Я неуверенно выглянула из-за её спины.

В дверях стояла маленькая девочка. Она, наверное, была ещё младше меня. У неё были белые волоса и очень красные глаза. И они были прикрыты, словно она только что проснулась. Её грудь… Я охнула. На ней была обугленная одежда, а на её груди я видела ожог! А ещё а руках! Ко всему прочему, она была забрызгана кровью. И всё это в комнате нашего Рея.

У меня всё замерло в груди. Нет, у меня там всё замёрзло. Сердце стало сильно биться, словно вот-вот выскочит из моей груди. Если это кровь на ней, и она в комнате Рея, то…

— РЕЙ!

Я бросилась вперёд. Если Рей… Если он там, то ему… Нет, я должна… РЕЙ, Я ДОЛЖНА…

Нэнси схватила меня за шкирку и без особых усилий дёрнула обратно.

— НО ТАМ ЖЕ РЕЙ! — со слезами на глазах гневно закричала я.

Но Нэнси не смотрела на меня. Она неотрывно смотрела на девочку в проходе.

— Это не Рея кровь, — очень тихо и спокойно сказала девочка. Казалось, что её голос лишён всех эмоций.

Я удивлённо перевела взгляд на девочку.

— Не Рея?

— Нет.

Он смотрела на нас с безразличием, словно мы были лишь насекомыми перед ней.