— И вы не доложили группе расследований об этом?

— Нет, ведь это семейное дело.

Судья подался вперёд.

— Госпожа Адалхеидис, вы служили в тот момент в группе расследований, вы должны были предупредить госпожу Арию об этом. В конце концов, охотник на ведьм является довольно опасным объектом.

— Это вы — объект, — зашипела на него Адель.

— Госпожа Адалхеидис, даже не смотря на ваше дели…

— Господин судья, — перебила его Рафаэлла. — Попрошу воздержаться от оскорблений мужа госпожи Адалхеидис.

Судья вздохнул. Если бы не поддержка Рафаэллы, он бы давил Адель, пока не смог выбить нужное. Но идти против Рафаэллы, а значит и против Лилит, он не хотел.

— И так, вы не рассказали ей о вашем муже?

— Он был моей семьёй.

— Вы знали, кем он был до этого, и не сказали.

— Не обязана.

— Как это, не обязаны? Разве вы не сообщите нашей страже, если увидите вора?

— Он не был вором. И у нас нет расовой дискриминации, и нет правил, приписывающих сразу сообщать начальству об охотниках, и он не был преступником.

— Учитывая то, насколько они опасны и ваше отношение к ним, не думаете ли вы, что тогда вам не место в группе расследований?

— А я там и не работаю уже, — оскалилась она.

Судья цыкнул. Вместо него уже другой взял слово.

— Госпожа Адалхеидис, вы знали о нежити?

— Нет, не знала.

— И не видели её?

— Нет.

— Рей Клод никогда не упоминал о ней?

— Нет.

— Разрешите спросить, сколько месяцев вашему ребёнку?

— Шесть.

— Это получается, вы имели интимную близость примерно за месяц до произошедшего. Его видели всего раз у вашей комнаты. Следовательно, всё остальное происходило у него. И вы не увидели нежить?

— О-о-о… У нас куда чаще она была, хотите расскажу, какие позы мы предпочитали? Например, когда я…

Судья залился краской, а Шанни с Рафаэллой вновь принялись успокаивать Адель, которая заводилась с полуоборота и так же быстро впадала в своё обычное состояние. За это время она уже успела и поплакать. Её настроение менялось так быстро, что выводило многих из себя.

— И так, — стараясь побороть смущение, продолжил судья. — Вы не знали о нежити. Но вы знали, что он охотник и ничего не предприняли. С показаний, что мы получили, с ваших показаний, госпожа Адалхеидис, вы спасли Арию тем, что прикрыли собой. Значит вы имели на него влияние. Почему не остановили от дальнейших разрушений?

Губы Адель задрожали. Она открыла рот, закрыла, потом вновь попыталась что-то ответить… но замолчала. Не на долго.

— Он потерял разум, — тихо пробормотала она.

— Потерял разум? Сошёл с ума? Но он всё равно вас послушался, когда вы закричали ему остановиться.

— Он не послушался, — покачала головой Адель. — Просто он не смог убить меня, вот и всё. Я кричала ему остановиться, когда он уходил, но… Это был не Рей.

— Не Рей Клод? Тогда кто?

— Не знаю, — пожала она плечами и уставилась в стол.

Судьи переглянулись, что-то между собой обсудили шёпотом и вновь повернулись к Адель.

— Госпожа Адалхеидис, связан ли Рей с гибелью вашей семьи?

— Нет, — выдавила она приглушённо.

— Сразу после их смерти ваш отец передал вам две шахты. Одна из членов семьи заявила, что по их возращению в поместье Норстан было много личной охраны. И судя по всему кто-то был убит. Это всё совпало с вашим пожаром. К тому же вы отсутствовали вместе с Реем в Твердыне мира. Что можете сказать по этому поводу?

— А что должна?

— Рей был причастен к этому?

Она покачала головой.