— Погано, — тут же отозвалась Адель. Однако её слишком грубое высказывание все проигнорировали. Как из-за состояния, так и из-за того, что она именно так и выглядела.

— Вы готовы отвечать на наши вопросы?

— Нет.

— Нет? — лица судей вытянулись от удивления.

— Да задавайте вы уже свои вопросы, мать вашу! — рявкнула Адель. Он буквально покраснела вся от внезапной вспышки ярости.

— Госпожа Адалхеидис, хочу на…

— Да вы издеваетесь надо мной!? Вы притащили меня, беременную, сюда чтоб, я слушала этот бред!? Вы ё…

Что ё, она так и не договорила, хотя собиралась довольно точно высказать своё мнение обо всех. Шанни и Рафаэлла обняли разбушевавшуюся Адель с обеих сторон, поглаживая ту по спине, голове, по животу, что-то ей нашёптывая на уши и успокаивая. Адель же постепенно стала меняться в лице, приобретая всё тот же бледный болезненный вид, который был до этого. Она была словно больной тенью себя самой.

— Уважаемый суд, в связи с состоянием опрашиваемой, я прошу вас преступить к опросу сразу.

— Госпожа Рафаэлла, мы…

— Я это говорю, как член совета пяти. Это не дружественное предложение, господин судья, — Рафаэлла словно светиться начала от злости.

— Да, хорошо госпожа Рафаэлла. Так, Госпожа Адалхеидис готова отвечать?

Та кивнула головой.

— Нам…

— Задавайте вопрос, господин судья. Она не может сидеть здесь вечно, — угроза уже слышалась без проблем.

Сама Адель вновь, вся мокрая, с прилипшими волосами к лицу, с трудом фокусировала взгляд на судьях. Рафаэлла легонько взмахнула перед лицом Адель, накладывая магию голоса, чтоб её теперь было слышно.

— И так госпожа Адалхеидис, как долго вы знакомы с Реем Клодом?

— Четыре месяца до случившегося, — пробормотала та.

— Как вы познакомились?

— Случайно поругалась с ним.

Теперь все буквально не сводили глаз с неё и старались не упустить не единого слова. Эта история в будущем будет передаваться из уст в уста как одна из тех красивых сказок. Никто не знал, как так Адель смогла подцепить охотника и чем, ведь ни тела, ни тем более денег она предложить ему не могла.

— Можете подробнее рассказать об этом?

— Не могу, я не помню уже ничего.

— Не помните?

— Да, не помню! Я что, должна каждую секунду своей жизни помнить!?

Шанни и Рафаээла вновь принялись успокаивать Адель, которая часто дышала. А потом та испуганно и чуть ли не плача пробормотала:

— Меня сейчас вырвет…

Вновь поднялся шум и вновь Адель спешно увели, хотя по пути она всё равно не смогла в себе всё удержать.

Настал третий день слушаний. Теперь уже договорились спрашивать сразу и быстро, иначе этот процесс мог затянуться на неделю, чего многим не хотелось.

— Госпожа Адалхеидис, когда вы вышли за муж за Рея Клода?

— Два месяца назад.

— Можете назвать точную дату?

— Не помню.

— Не помните, когда вышли за муж?

— Да, не помню! У меня тогда вся семья погибла! Мы быстро обвенчались в один из тех дней и всё!

— Ладно, ладно, — начал успокаивать её судья и передал слово другому.

— Госпожа Адалхеидис, знали ли вы, что он охотник на ведьм?

— Да, знала.

Она бы могла соврать, ведь никто бы не смог её поймать на лжи. Необязательно, что он ей рассказал об этом. А как поженились… любовь, штука странная. Но Адель решила идти прямо в лоб. Кто знает, чем она руководствовалась.

— Значит знали? С этим связан ваш союз? С желанием получить от него детей?

— Нет… Да… Не знаю.