Loading...
Изменить размер шрифта - +
А может быть, просто понимал, что выбора у него все равно нет. Марш ответил Служителю:

– Скажи, что я согласен.

Вероятно, между роботом и охотником существовала телепатическая связь, потому что Служитель ничего не сказал, а командир взял свой большой щит и меч. Дэйн выхватил самурайский клинок. Охотник повернулся к землянину левой стороной, почти полностью прикрывая щитом свою огромную мохнатую грудь, жизненно важные центры его тела оказались практически полностью защищены. Меч он прятал за спиной.

«Стойка фехтовальщика наоборот, – подумал Дэйн. – Это позволяет и нападать и обороняться одновременно. У меня такой возможности нет.

Однако, чтобы ударить, ему все равно придется менять положение щита. Займемся его плечом…

Осторожно, Марш, – предостерег он сам себя. – Будь настороже! Всякий раз, когда тебе попадался щитоносец, рядом находились друзья. А это – бой один на один».

Охотник медленно заскользил вперед осторожными мелкими шажками. Он тоже сохранял бдительность, опасаясь стремительного выпада Дэйна. Землянин мог использовать боковой удар, не раз уже приносивший ему победу, но он атаковал в стремительном броске, нацеливая клинок в голову «медведя». Охотник отразил выпад щитом, и в то же мгновение Марш отскочил, уворачиваясь от молнией сверкнувшего широкого меча противника. Удар, который мог бы разрубить бедро землянина, лишь поцарапал ему кожу. «Медведь» взмахнул своим оружием, и клинок, направленный в голову быстро отскочившего в сторону Дэйна, просвистел около его виска.

Марш контратаковал, целясь противнику в плечо, но тот вновь оказался наготове. Щит «медведя» прижал меч Дэйна к его же левому плечу, а широкий клинок охотника устремился ему в голову. Молниеносным движением Дэйн упал на левое колено и, изловчившись, поднял над головой самурайский меч. Удар «медведя» оказался настолько силен, что Дэйн едва не выронил свое оружие, однако в следующую секунду он обрушил клинок на покрытые шерстью колени врага.

«Раз щит мешает поразить его в голову или в корпус, попытаюсь оттяпать ему одну из конечностей. Это не убьет его, но ослабит… Псевдомехар закричал и бросился бежать, когда я отрубил ему „руку“. Этот силен и чертовски ловок, но может быть, слишком беспокоясь о жизненно важных частях своего тела, он допустит какую‑нибудь оплошность?..»

Некоторое время противники кружили, как бы изучая друг друга. Вдруг Дэйн закричал и устремился вперед, занося над головой меч, охотник поднял щит, чтобы защитить голову, и тогда Марш, бросив свое тело влево, отвел клинок как можно дальше вправо и с размаху обрушил его на ноги своего врага. Дэйн немедленно поднял клинок над головой, чтобы отразить удар сверху, который неминуемо должен был последовать.

Но ничего не произошло. Дэйн отскочил, держа меч перед собой, и увидел, что командир охотников заваливается на бок, подняв над головой щит и меч.

«Хорошо, просто отлично! Теперь он не сможет нападать, только защищаться. Правда, и я не могу с ним ничего сделать. Главное для меня – это продержаться до…»

Услышав крик Райэнны, Дэйн бросил короткий взгляд на небо. Тень наползала на равнину, а маленький солнечный диск уже наполовину скрылся за краем огромной планеты охотников. Дэйн посмотрел на «медведя», который, рухнув на землю, выпустил меч и уронил щит, его отрубленная нога растекалась, теряя форму. Налетел ветер, быстро стемнело. Дэйн, не веря своим глазам, тупо смотрел на превращавшегося в студенистую массу охотника.

«Ну конечно! – подумал землянин. – Вот и разгадка. Они обретают естественный облик или когда умирают, или… когда становится темно. Но при яркой луне они могут сражаться, поэтому затмение кладет конец охоте.

Они превращаются в студень!»

Пока Дэйн и Райэнна в растерянности смотрели друг на друга, двое Служителей принесли корпус третьего, бережно погрузили тело командира охотников в стальную раковину и закрыли ее крышкой.

Быстрый переход