— Если позволят обстоятельства, то – непременно! — заверил его, а сам попытался запомнить, что нужен еще один подарок.

Желательно мне не откладывать дело в долгий ящик, а посетить ювелира и заготовить презенты. Не так давно сделал заказ на десяток орденов и медалей, назвав их «Сибирская отвага». Награждений пока не случилось, но какие-то знаки уважения отдавать своим подчиненным необходимо. Кандидатур уже много, в ящике стола внушительный список и, пожалуй, Анзор прав, одного ордена с медалью – мало. Поэтому и нет у меня пока награжденных. Эх, опять императорский двор начнет против меня компанию, «дуя» в уши императрицы, что Иван-то Чурков в правители метит.

— Ваше высокопревосходительство, приглашения на свадебную церемонию пришлем чуть позже, с датой пока не определились. Невеста просила узнать, может вы нам дату подскажете, гм, в текущем, так сказать месяце? — последнюю фразу Велеев произнес смущенным голосом, а потом пожелал сразу объяснить такую спешку: – Инна Геннадьевна не хочет, чтобы поползли слухи, порочащие ее добропорядочность.

Иными словами, он своей помощнице заделал-таки ребеночка! Или она сделала все от себя зависящее, чтобы забеременеть. Женщины хитры и коварны, от них всего можно ожидать, это уже давно истина. Правда, бывает так, что слабый пол совершает такие непродуманные и нелогичные поступки, что диву даешься.

— Нужно с отцом Даниилом посоветоваться, — задумчиво ответил я. — Согласуем, когда он вас обвенчать сможет.

— А может другого священника поищем? — как-то неуверенно предложил Велеев. — У нас с отцом Даниилом взгляды расходятся, он начинает нанимать работников для чеканки монет и платит им втридорога.

— Разрешите? — стукнул в дверь тот, о ком речь зашла.

— Проходите, святой отец, рад видеть в добром здравии! — пригласил я в кабинет того, кто хранил наследство царя Тартарии и признал меня наследником.

— И вы здесь? — нахмурился отец Даниил, с неприязнью посмотрев на банкира.

Еще не так давно, эти двое смотрелись неплохой командой. Как ни крути, а чеканка монет – дело важнейшее для Сибири и не такое простое. С приисков прибывает намытое золото в банк, там оно взвешивается и приходуется, а потом отправляется на переплавку и чеканку. Когда же монеты готовы, то вновь приходуются в казну. На бумаге выглядит все легко и просто, а на самом деле сопряжено с трудностями. Случалось, что разница в весе доходила до полкилограмма. Из банка отправлено сто килограмм, а в чеканный двор доехало девяносто девять килограмм пятьсот грамм. С монетами уже случалась обратная ситуация, но банкир и главный монетно-печатник ситуацию улаживали и моего вмешательства не требовалось.

— Так, рассказывайте, что за черная кошка между вами пробежала! — приказал я.

Вопрос не стоит моего внимания! Все из-за денег, несмотря на то что оба на золоте сидят! Честнейшие люди, что не может не радовать. И ведь не за себя пекутся, банкир трясется аки кощей над каждым золотым, а отец Даниил желает за труд своим работягам достойно платить. Нет, припомнили и расхождения в весе, задержку с поставкой сырья и готовой продукции. Даже обвинили друг друга, что подрывают мой авторитет и позорят Сибирь. Ругались с достоинством, аргументы приводили разносторонние, но до сквернословия не дошли и до драки не опустились.

— Хватит! Понял я уже все! — прервал я их перепалку. — Дурью оба страдаете!

— Так ведь… — начал отец Даниил, но я его перебил:

— Ты, батюшка, тоже хорош! Не мог заявить, что без оплаты работникам не поставишь в казну ни рубля? Кстати, а себя за труды не забыл?

— Дело богоугодное, а на жизнь мне и так хватает, — отвел глаза отец Даниил.