– А зачем вам она? – хитро поинтересовалась она.

Я понес какой-то бред про дела сердечные – не убедительный, но смешной – судя по ее реакции. Девица довела меня до каюты с номером триста тридцать пять.

– Анна, к тебе… – девица еле сдерживала смех.

Снимок сообщил мне об Анне далеко не все. Я чуть было не сказал ей, что вообще-то мне позарез требуется Харриган.

– Вообще-то мне… вообще-то я частный детектив. Вот мое удостоверение.

Пока Анна разглядывала удостоверение и индульгенцию от ФСО, я пришел к выводу, что в интересах дела мне следует пересмотреть свою точку зрения на девиц ростом за метр девяносто. Но проще ее временно переместить, и я предложил разговаривать сидя.

– Да, конечно, – кивнула она, возвращая документы.

Она уселась на кровать, продавив ее до спрятанного под кроватью чемодана. Если забыть про чемодан, то именно так, согласно школьным учебникам, гравитация искривляет пространство. На мое счастье, в каюте оказался стул, иначе, усевшись рядом с Анной, я бы неизбежно сполз в кроватно-гравитационную яму. Выбирая стул, я сознавал, что, быть может, лишаю себя единственного шанса создать сверхъединую физическую теорию, объединяющую силы гравитации и силы любви… хм, коллайдер на пружинах…

– Вы из-за той кражи? – поинтересовалась она. Вероятно, ее мысли были далеки от физики.

Вопрос был хорошим. Он сразу снял все мои сомнения относительно того, известно ли младшему летному составу о взломе сейфа.

– Из-за нее. Насколько мне известно, каюта Сведенова находилась, как бы это выразиться, под вашим … эээ… надзором, что ли… Или как это у вас называется?

– Да, я обслуживаю каюты первого класса, – подтвердила она. – Вернее, часть кают первого класса. Каюта Сведенова была в моем отсеке.

Тон у нее был близок к официальному. Говорила она медленно и тихо – как человек, решивший сначала думать, потом говорить.

– Вы успели познакомиться?

– Познакомиться? Разумеется! Мы знакомимся с пассажирами в первый же день полета. Но позвольте, теперь я спрошу… – и она посмотрела на меня исподлобья.

Правильные черты лица, но все же крупноваты…

– Спрашивайте.

– Я обязана отвечать на ваши вопросы? Я ничего не имею против вас лично, но руководство… вы понимаете?

– Понимаю. Ответ: обязаны. Руководство «Галактик-Трэвэлинг» согласилось на проведение частного расследования. Вас разве не известили?

– Нет, – ответила она твердо. Ее ответ меня нисколько не удивил, потому что про согласие «Галактик-Трэвэлинг» я придумал только что. С нарастающей уверенностью она продолжила:

– Нам запрещено обсуждать происшествие с посторонними – даже между собой. Без разрешения капитана я не имею права отвечать на ваши вопросы.

Я спохватился:

– Да, кстати, а где Харриган? Я хотел переговорить сначала с ним, но нигде его не нашел. Куда он пропал, вы не знаете?

– Кажется, он пошел в управление Терминала. Вероятно, скоро вернется.

– Хорошо, ни о происшествии, ни о ваших служебных обязанностях мы говорить не будем. Если Харриган разрешит, тогда поговорим. Я не желаю вам неприятностей. Хватит с вас того, что неприятности возникли у «Галактик-Трэвэлинг». А как Сведенову-то повезло! Он, небось, до потолка прыгал, когда узнал, что ни с того, ни с сего вдруг стал миллионером.

– Не прыгал, – Анна помотала головой.

– Да, я и забыл. На кораблях потолки низкие, не попрыгаешь.

Она улыбнулась:

– На корабле есть тренажерный зал, там можно прыгать сколько угодно, для этого даже есть специальный батут.