– Спасибо. Вы, вероятно, уже догадались, что расследование кражи из сейфа – это только предлог, чтобы познакомиться с пилотами «Монблана». В действительности, я расследую похищение робота-уборщика. Известно ли вам, что десять дней назад с третьей палубы Терминала был похищен робот по имени Макс?

– Да, Юдин что-то говорил об этом, – она едва сдерживала улыбку.

– Юдин говорил? Интересно… Впрочем, о Юдине мы еще побеседуем. Так вот, руководство Терминала наняло меня для поиска робота. Они полагают, что похищение было организовано пилотами одного из кораблей, находившихся в те дни у Терминала. «Монблан» отчалил от Терминала семнадцатого апреля, на следующий день после похищения, поэтому пилоты «Монблана» попадают под подозрение. Вы хотите помочь своим коллегам?

– Ну конечно! – с жаром воскликнула она, но полсекунды спустя передумала: – Ни в коем случае! Пускай Харригана посадят, и тогда Юдин займет его место. Одна моя подруга вам за это спасибо скажет.

– У нее зуб на Харригана?

– Да нет, что вы! Она невеста Юдина.

– Значит, я обратился не по адресу. Мне следовало обратиться за помощью к подруге. Она бы не отказала.

Я сделал вид, что собираюсь уходить.

– Да и я вам не отказываю, – остановила меня Анна. – Я рада ей помочь.

– А что если Харриган не виновен? Похищение мог организовать и Юдин.

– Ни в коем случае! – запротестовала стюардесса. – Без ведома Харригана на корабль и мышь не проскочит.

– Замечательно! Это как раз то, о чем я хотел вас спросить. Каким образом робот мог быть доставлен на корабль? Не обязательно на «Монблан». На некий абстрактный корабль, пристыкованный к Терминалу.

– Трудный вопрос. Я должна подумать… – и она состроила задумчивую гримасу.

– Подумаете за обедом. Я вас приглашаю, – с этими словами я встал и подал ей руку.

– Приглашение принято.

Ее длинная ладонь легла в мою; я потянул и едва не завалился.

– Вы еле держитесь на ногах, – заметила она. Я сознался:

– Дожидаясь этого мгновения, я два дня не обедал.

– Это заметно, – кивнула она. – Подождите за дверью, мне нужно переодеться.

Вечернее платье? Юбка-мини? Боа из боа или шкуры вапролока? – гадал я, стоя за дверью.

В коридор въехал робот-уборщик. Модель «Максимилиан-3000у», но не Макс.

– Стоять! – скомандовал я. – Ты кто?

Робот послушно остановился.

– Меня зовут Утюг, – продребезжал он. – Чем могу быть полезен?

К тому что роботы должны дребезжать, а не говорить, люди привыкли задолго до того, как появились сами роботы. Ваш домашний робот в праве говорить хоть вашим собственным голосом, но роботы, обслуживающие общественные места, обязаны хоть немного, но дребезжать – это итог деятельности организации «антропо-де-морфистов», бывшей одно время довольно влиятельной.

– Где Макс? – спросил я его прямо в лоб.

Робот без запинки ответил:

– В отпуске.

Хм, бабушка не умерла, а улетела в Туманность Андромеды. Вернется не скоро.

– Кто тебе об этом сказал?

– Макс.

Бабушка перед смертью сказала, что улетает в Туманность Андромеды. Навсегда, внучек, навсегда…

Появилась Анна. У давешнего комбинезона она отрезала брючины и даже успела подшить края. Конвертом.