Он очень надеялся на то, что это получилось у него вполне естественно.

— Пойми, я… я же тоже ревную тебя к этому уроду… Пусть и не имея на то права… Но видимо, если он был с тобой так откровенен, то любил тебя…

Женя несколько секунд испытующе смотрела на Вронского, потом слегка улыбнулась:

— Если все дело в этом — не волнуйся… Разговор состоялся давно, еще осенью. Этот в сауне ни при чем. Хотя, возможно, тоже их рук дело… Но тогда у нас тут в Волге одного выловили, о нем и шла речь! Я начала Ромке рассказывать, какой, мол, ужас случился, — тем более что как раз «Щит» их и охранял, расспросить хотела подробнее. Ну а он выслушал и в ответ насчет Василия мне сказал… Ты доволен?..

— Все равно ревную, — вздохнул Вронский с видимым облегчением. — А что касается моего визита в ваш город, клянусь, Женечка, все тебе расскажу, как только вернусь из Москвы с твоими деньгами. Вот увидишь!

— Ну ладно. — Женя с некоторым сожалением протянула Альберту сберкнижку. — Вот когда увижу, что ты, как ни странно, выполнил обещание, тогда и поверю раз и навсегда..! Сегодня едешь?

— А зачем тянуть? — Он улыбнулся. — Чем быстрее уеду, тем быстрее вернусь… И отправлю тебя отсюда к маме! Она вчера минут двадцать восхищалась по телефону твоей красотой…

— Неужели? — Евгения Петровна поднялась с кровати, на которой сидела уже полностью одетая для выхода на улицу. — Я ж говорю — вы оба странные… Другая бы на ее месте, обнаружив, что будущая невестка старше сына, слезы лила… Хотя да, я забыла! Она ж тоже была старше твоего отца! Слушай, сколько же ей лет?!

— Семьдесят четыре! — В голосе Вронского звучала гордость.

— Не может быть! — ахнула Женя. — Ах да… наверняка подтяжка…

— Ну и что? — с некоторой обидой произнес Альберт. — Главное в женщине — глаза, взгляд! Их уж точно не подтянешь, а у мамы они молодые, как у девчонки!..

Женя покачала головой, но что именно можно было тут возразить, не нашла: у ее будущей свекрови взгляд был и впрямь ясным и сияющим, словно у девчонки…

— Проводишь меня? — поинтересовался Вронский, отправившийся вслед за Женей в прихожую.

— Посмотрим, — уже на ходу бросила женщина. — Возможно, да, но скорее — нет. Не хочу заранее раздражать Шмеля… Пока, дорогой! Будешь выходить, постарайся не попадаться соседям на глаза.

Вронский молча кивнул и, дождавшись, когда стук Жениных каблучков затих внизу, подошел к окну. Некоторое время он смотрел ей вслед, пока Евгения Петровна не достигла своей машины и не забралась в салон. В отличие от нее, Альберт знал, что виделись они сегодня в последний раз…

Через несколько минут после того, как она уехала, Вронский собрал в небольшой портфель немногие принадлежавшие ему вещи, затем, следуя инструкции Дениса, тщательно протер все поверхности, которых мог коснуться за эти дни, и покинул «любовное гнездышко» Евгении Петровны Шмелевой. Его часть задания была выполнена, а размышлять над тем, насколько результативной она оказалась для расследования, было уже дело Дениса, а не его.

Спустя еще полчаса Альберт уже добрался до их съемной квартиры и с облегчением вернул Грязнову-младшему сберегательную книжку.

— Десяти тысяч не хватает, — усмехнулся он. — Видимо, сняла их перед поездкой…

— Будем считать это производственными расходами. — Денис внимательно посмотрел на своего оперативника.