— Он встал прежде вас, мадам. Мистер Боулз сказал мне, что его хозяин должен вернуться к ленчу.

— Хорошо, тогда я не буду пока надевать платье, чтобы не измять его прежде, чем мы пойдем по магазинам.

Отослав Бриджит выпить чашку чая, Алекса робко подошла к письменному столу и села на стул с прямой спинкой. На столе стояла массивная чернильница и ровными стопками лежали бумага и конверты с эмблемой отеля. Это напомнило ей о письмах, письмах и бумагах. Они часть секрета, тщательно скрываемого долгие годы. Доказательства замужества ее матери, единственного законного замужества. Алекса узнала и об этом. Тогда она была слишком потрясена, чтобы осознать последствия этого, если бы мама и Фреди остались живы.

— Его имя было в списке убитых. Лорд Кевин Эдвард Дэмерон, виконт Дэр. И она осталась одна, полуобезумевшая от горя, на руках с маленьким ребенком, которому было всего несколько месяцев. Никто не заботился ни о ней, ни о тебе. Если бы ты была мальчиком и возможным наследником титула, все бы могло быть иначе, но… Мартин всегда любил Виктория, остальное тебе известно. Когда мы узнали о том, что его только сочли убитым, а на самом деле он попал в плен, жив и вернулся в Англию, прошло уже больше двух лет. Мартин и Виктория успели пожениться и ждали другого ребенка. Ребенок не выжил, но какое это могло иметь значение? Двумужница. Скандал. Виктория прошла через все это и потом была счастлива с моим братом. А каждый месяц приходили деньги. Мы должны были уехать из Англии, это единственное условие, на которое она согласилась в обмен на деньги. Эти деньги приходят до сих пор. Ты должна признать, что все это не так уж плохо для тебя. Я заботилась о твоем образовании, воспитании, манерах, ты не так уж много потеряла, не зная правды. И если бы не это несчастье… Ты ведь не хотела бы, чтобы твой брат считался незаконнорожденным, а твоя мать двумужницей, не так ли? И еще. Я надеюсь, что это послужит тебе предупреждением. Будь осторожна, дорогая. Будь осторожна со старой маркизой. Ты сейчас будешь смеяться над тем, что я тебе скажу, но имей в виду, что она злая женщина, которая не остановится ни перед чем для того, чтобы сделать что-нибудь во благо, как она считает, своей семьи. Сыновей, дочерей, племянников, всех. Она никогда не допустит, чтобы они были замешаны в каком-нибудь скандале.

Теперь, когда все это было в прошлом, Алекса чувствовала жалость к Хэриет. Бедная тетя Хэриет, она закончит свою жизнь в изгнании. Бедная молодая Хэриет с блестящей улыбкой и остроумными замечаниями, потерявшая разом все. Хэриет всегда была добра к ней, была даже добрее, чем должна была быть. И именно Хэриет научила ее думать.

— Есть ли запись о моем рождении?

Несмотря на то, что сама задала этот вопрос, Алекса не ожидала, что Хэриет, не говоря ни слова, достанет ее свидетельство о рождении из своей шкатулки.

— Вот. Твоя мать была очень больна после того, как ты родилась, и сама ничем не могла заниматься. Поэтому я сохранила этот документ, но Виктория никогда не спрашивала меня о нем. Я думаю, ты можешь снять с него копию в конторе Сомерсета. Но это бесполезно, поскольку у тебя нет свидетельства о браке, которое, наверное, он хранил у себя, зная ее легкомысленность.

Наверное, потому, что к тому времени Алекса уже перестала доверять Хэриет, она ничего не сказала ей о своей находке. Возможно, Хэриет действительно поверила, что Алекса не нашла в сундуке у матери никаких бумаг. Во всяком случае, Хэриет ничего не имела против того, чтобы Алекса забрала этот сундук с собой, когда в тот день поздно вечером садилась в карету. А в это время брат Хэриет (Алекса не могла теперь называть его иначе) спал тяжелым сном, одурманенный опиумом, который Хэриет подмешала ему в бренди.