— Но ты ничего плохого не сказала, — начала было Алекса, но Летти вдруг резко встала и обняла ее:

— Знаю, дорогая, мне не нужно извиняться. Просто я уже достаточно выпила и мне пора идти спать. Вы не будете возражать, если остаток времени проведете вдвоем? Вы можете пойти с Полем погулять в сад и посмотреть на мои розы, пока еще светит луна. По-моему, вчера было полнолуние, правда, Поль? Спокойной ночи, дорогие.

Летти поцеловала их обоих и ушла. Алекса растерялась, она не знала, как теперь себя вести. На помощь пришел Поль.

— Вы не будете возражать, если мы немного погуляем? — спокойно спросил он. — Или вы будете чувствовать себя неуютно наедине со мной?

— Я… — Алекса поймала его взгляд и, улыбнувшись, протянула ему руку. — Почему я должна чувствовать себя неуютно наедине с вами, мы ведь друзья? Меня даже не волнует, светит ли сегодня луна.

Алекса мысленно отругала себя за невольную глупость. Она почувствовала облегчение, когда Поль, не задавая никаких вопросов, просто протянул ей руку, помогая подняться, а затем, усмехнувшись, сказал:

— Я рад, что вы доверяете мне, потому что ваша дуэнья уже давно спит.

Ее бедная няня, просидевшая весь вечер на стуле в углу огромной столовой, уснула, и Алекса была очень рада этому. Она улыбнулась и сказала:

— Думаю, будет жестоко с нашей стороны, если мы ее разбудим, правда?

Бедная Элиза постарела, стоит ей только закрыть глаза, и уже ничто не может разбудить ее до утра. Алекса знала об этом очень хорошо, а тетушка нет. Девушка хотела полностью насладиться свободой сегодняшней ночи в обществе близких ей по духу людей.

Они вышли из дома, и им открылся совсем иной мир: сказочный мир серебристых теней и дурманящих цветочных ароматов. Алекса подумала, что, наверное, ей очень не хватало такой прогулки в обществе человека, которому она могла бы полностью доверять и который никогда бы не воспользовался ее беззащитностью. Возможно, ей нужно было доказать самой себе, что она изменилась и стала сильнее, что в ней ничего не осталось от слабого, беспомощного создания, умом которого управляют чувства и дурманящее очарование лунной тропической ночи.

Как будто читая ее тайные мысли, Поль де Роча говорил легко и свободно, пока они шли по причудливо извивающейся тропинке, ведущей к маленькому летнему домику в центре розового сада. Он рассказывал о своем детстве, родителях и сестрах, которые вышли замуж, хотя им тогда не было и пятнадцати лет.

— Теперь все они выглядят как старухи, хотя Луизе только двадцать. Они сварливы и раздражительны, с ними не о чем говорить, разве что о детях и слугах. Мне было очень жаль их сначала, ведь их практически продали, как скот, мужчинам, которых они совсем не знали да и видели всего пару раз. Помню, как Луиза плакала всю ночь перед свадьбой. Ей казалось, что она любит моего друга, которого мельком видела лишь однажды. Но через день она уже радовалась, примеряя новые наряды и украшения, подаренные ей к свадьбе, и с гордостью показывала всем свой новый дом.

— О! — воскликнула потрясенная Алекса. — Но я никогда не… Но видимо, у ваших сестер не было иного выхода. Наверное, обстоятельства вынудили их пойти на такое. Они уже не смогут быть по-настоящему счастливы. Иногда я очень сожалею, что родилась женщиной, и завидую вам, мужчинам!

— Вы не знаете, что собой представляют португало-бразильские семьи. Браки планируются заранее, я бы сказал, с колыбели. Причем это касается не только девочек, но и мальчиков. Я третий сын у отца, и у меня была единственная перспектива: жениться на девушке — наследнице очень большого состояния. Моя невеста была столь же богата, сколь толста и безобразна. Ее выбрал для меня отец, когда мне не было еще и четырнадцати лет! — Поль засмеялся и, взглянув на Алексу, продолжал: — Короче говоря, я решил воспользоваться добрым отношением ко мне отца и сбежать, прежде чем о нашей помолвке будет объявлено официально.