— А откуда Келингу стало известно о вашем хобби?

— Если он узнал даже о любви Джереми к Лилиан, то у него поистине великолепные источники информации. Прюденс нахмурилась:

— Но кто мог ему сказать? Себастиан пожал плечами:

— Скорее всего Уислкрофт. Хотя не могу понять почему. Уислкрофт всегда еще больше меня старался держать мое хобби в тайне. Он предпочитает делать вид, что сам проводит расследование, чтобы потом все лавры достались ему.

— Ладно, по-моему, не важно, как Келинг узнал о вашем участии. Главное, узнал. — Прюденс с отвращением покачала головой. — И оставил на месте преступления вещественные доказательства вины бедолаги Джереми, надеясь, что вы обнаружите их и выясните, кому они принадлежат.

— Что я и сделал.

— Не могу, однако, представить, чтобы Келинг и в самом деле думал, что вы будете радоваться, если Джереми арестуют за убийство.

— Ну что вы, всем известно, что я не питаю любви к своим родственникам, — сказал Себастиан.

— Да, но Келинг должен понимать, что, несмотря на это, и для вас семья есть семья. И вы встанете на защиту Джереми.

Себастиан вскинул брови:

— Дорогая моя, иногда ваша наивность меня изумляет. Келинг гораздо более трезво, чем вы, смотрит на вещи. Ему известно, как я отношусь к остальным Флитвудам, и он имел все основания считать, что я и пальцем ради них не пошевелю.

Прюденс нахмурилась:

— Не смейте больше так говорить, милорд. Вы прекрасно знаете, что не допустите, чтобы Джереми повесили.

Себастиан улыбнулся ей:

— Ваша безграничная вера в мою порядочность не перестает меня поражать, моя дорогая. Прюденс сердито глянула на него:

— Что будем делать дальше? Мы не можем доказать, что Келинг убийца. Все, чего мы добились, — это не дали уликам против Джереми попасть в руки правосудия. В следующий раз может случиться, что нам так не повезет.

— Думаю, пришла пора поговорить с моим кузеном, — сказал Себастиан.

— Прямо сейчас?

— Самое время, — заметил Себастиан. — Сейчас около трех ночи. Он наверняка в своем любимом клубе.

— Я поеду с вами, — быстро сказала Прюденс.

— Вы со мной не поедете, — ровным голосом проговорил Себастиан. — Не вам объяснять, что женщин в мужской клуб не пускают.

— Мне это известно. — Прюденс безмятежно улыбнулась. — Подожду в карете, пока Джереми не выйдет из клуба.

— Черт подери! — пробормотал Себастиан. Но слова прозвучали как-то вяло. Он уже почти постиг науку проигрывать.

Себастиан открыл дверцу кареты, когда Джереми поравнялся с ней.

— Можно тебя на пару слов, кузен?

— Какого черта! — Джереми изумленно вглядывался в глубину экипажа. Взгляд его с Себастиана скользнул на Прюденс. — Что вы тут делаете, леди Эйнджелстоун?

Она успокаивающе улыбнулась ему:

— Мы хотели бы поговорить с вами по очень срочному делу. Не могли бы вы сесть в наш экипаж?

Джереми заколебался, разрываясь между необходимостью соблюдать правила приличия и нежеланием разговаривать с Себастианом. Первое, однако, оказалось сильнее.

— Хорошо. — Он залез в экипаж и уселся. — Надеюсь, это не займет много времени. Я как раз шел домой. Всю ночь просидел в клубе, а утром собирался пойти на матч по боксу.