Джереми удивился:

— Как же ты предлагаешь его уничтожить? Себастиан поделился с ним планом, который вынашивал с того момента, как было обнаружено деловое соглашение, объединяющее «принцев целомудрия».

Дверь открыл взъерошенный дворецкий. Он не мог скрыть своей злости от того, что кто-то поднял его с постели в такой ранний час. При виде двух джентльменов, возникших на пороге, дворецкий вздохнул.

— Скажите вашему хозяину, что его желает видеть Эйнджелстоун, и немедленно, — заявил Себастиан.

— Его светлость вернулись домой только час назад, — сообщил дворецкий. — Вряд ли он будет доволен, если его разбудят.

Себастиан улыбнулся:

— Мне наплевать, будет он доволен или нет. Дворецкий взглянул на улыбающегося Себастиана:

— Хорошо, милорд. Если вы с вашим другом войдете, я доложу его светлости, что к нему гости. — И он ушел.

Себастиан перевел глаза на Джереми. Тот от злости и переживаний был как натянутая струна.

— Успокойся, Джереми. Или по крайней мере не показывай вида, как ты взволнован. Ничто так не действует неприятелю на нервы, как вид улыбающегося противника.

— Тебе лучше знать, — сухо заметил Джереми. — Ты, наверное, не раз бывал в подобных переделках. Но я бы с удовольствием посмотрел, как бы ты сам улыбался в подобной ситуации.

— Если помнишь, актерский талант у меня в крови. Джереми бросил на кузена оценивающий взгляд:

— А многие говорят, что ты родился таким хладнокровным.

Себастиан подумал о Прюденс, которая сейчас дожидается дома:

— Но кое-кто с этим не согласен.

В этот момент сверху послышались голоса.

— Келинг идет, — сказал Джереми.

— Позволь мне вести разговор, — тихо попросил Себастиан.

— Хорошо.

На лестнице появился Келинг, облаченный в серебристо-серый халат. Спускаясь, он рукой пригладил волосы. На лице его читалось явное раздражение, приличествующее человеку, которого бесцеремонно разбудили, но глаза смотрели настороженно.

— Какого черта вам понадобилось в такой немыслимый час, Эйнджелстоун? — Джереми он, казалось, не заметил. — Хочется верить, что ваш визит не затянется.

— Так оно и есть, — заверил его Себастиан. — Может, пройдем в библиотеку?

Келинг пожал плечами и первым вошел в маленькую библиотеку, дверь которой выходила прямо в холл. Небрежно указал на два кресла, а сам проследовал к сервировочному столику:

— Выпьете со мной по рюмочке?

— Нет, — отказался Себастиан. Он уселся в кресло и, по обыкновению, закинул ногу на ногу.

— Нет, — так же холодно проговорил Джереми. Бросив быстрый взгляд на Себастиана, он тоже сел. Такого скучающего, непринужденного вида, как у Себастиана, ему было еще трудновато достичь, но было заметно, как он старается.

— Как хотите. — Келинг плеснул себе в рюмку коньяку и повернулся к посетителям. — Я весь внимание. Что могло произойти столь важного, что привело вас ко мне в столь поздний час?

— Мы пришли сюда, чтобы поговорить о недавней смерти двух ваших деловых компаньонов, — начал Себастиан.

— Это каких же?

— Рингкросса и Оксенхема. Келинг залпом осушил рюмку;

— А откуда вы взяли, что они мои деловые компаньоны?

Себастиан улыбнулся:

— Из документа, который я нашел в столе Блумфилда. Исходя из условий соглашения, вы теперь гораздо богаче, чем были несколько дней назад. А если вам удастся найти и убрать еще и Блумфилда, то ваш капитал возрастет еще вдвое.