Коул был разочарован, но не удивлен.

– Простите, – произнес он, – вы были так красивы при лунном свете, что я не смог удержаться. Мне показалось, что вы… тоже этого хотели.

– Я была… – проговорила Аманда в смущении. – Я… ну, в общем, я не привыкла к… этому.

– О, – сказал Коул и вспомнил, что он – священник. – Я… тоже…

– Я бы так не сказала, – ответила Аманда и улыбнулась дразняще.

Коул тоже вздохнул с облегчением и улыбнулся, видя что она не собирается жеманиться и делать оскорбленный вид.

– По крайней мере, такое со мной случается не часто, – добавил он.

Аманда надела шляпку и попыталась ее завязать.

– Не надевайте, – Коул развязал ленты. – Шляпка сейчас не нужна. Лунный свет делает ваше лицо необыкновенным. Я вас не очень обидел?

Аманда почувствовала теплоту его слов и искренность комплимента.

– Преподобный Стори, как я могу сердиться, когда слышу такие чудесные слова.

Коул вежливо подал ей руку.

– Думаю, что после такого поцелуя мы можем называть друг друга по имени.

– Я тоже так думаю, Кэбот. – Она подала ему руку, и они пошли по дороге к гостинице.

Впервые Коул захотел, чтобы Аманда назвала его настоящим именем. Он погладил ее по руке:

– Спасибо, Аманда.

Газовый фонарь отбрасывал тусклый полукруг у входа в гостиницу. Коул стоял так, что Аманда оказалась в тени здания. Он взял ее руки в свои и поднес к губам.

– Я испытал большое наслаждение сегодня.

– Был чудесный вечер, – вздохнула Аманда. Ее рукам было тепло и надежно в сильных ладонях пастора. – Спасибо.

– Ты не прокатишься завтра со мной на лошади? Я хочу посмотреть, что представляют из себя известные шахты вокруг Тумстоуна.

– Завтра? Я не смогу. У меня еще много работы в аптеке.

– Тогда в пятницу? Ты же не собираешься похоронить себя в этом пыльном магазине.

Аманда немного поколебалась.

– В пятницу можно.

– Хорошо. Я найму пару лошадей и попрошу миссис Джесперс приготовить что-нибудь для нашей прогулки. Нам придется выехать рано, пока не станет жарко.

Аманда подняла на него глаза, желая и боясь поцелуя. Коул наклонился и поцеловал мягко и нежно, без той пылкой страсти, которую вложил в первый поцелуй.

– Спокойной ночи… Кэбот, – прошептала Аманда и вошла в гостиницу.

Коул смотрел ей вслед с улыбкой победителя. Все шло так, как он задумал: невинная, но не такая уж стыдливая и очень темпераментная, наверное. Ее тоже влечет к нему. Они хорошо провели вечер вместе. Она оказалась азартной, торгуясь с Люси. Чем больше Коул узнавал Аманду, тем сильнее она нравилась ему, тем соблазнительней казалась. Коул жаждал обладать ею. Даже мысли об Аманде вызывали в нем желание.

«Бог мой, что я делаю? – думал Коул, идя по улице. – Невинная, пылкая, страстная…» Он ведь с юношеских лет не думал серьезно о женщинах. Все эти годы он имел дело только с опытными женщинами, которые умели соблазнять, бросали вызов и знали, чего от них хотят. Ему нужны были настоящие «жрицы любви», а не застенчивая неопытность богопослушной пуританки. Коул вспомнил, как говорили о ковбоях: они боятся только двух вещей – знакомства с порядочной женщиной и потерять лошадь. С ним как раз случилось и то, и другое.

Коул уже был по дороге к дому, как вдруг подумал: не вернуться ли ему в то заведение, в котором был накануне, да не согрешить ли с одной из «замаранных голубок».