— Тебя нельзя назвать незаконнорожденным. Когда ты появился на свет, твоя мать была замужем.

— Да, но вряд ли это имеет значение. Законный или нет, сейчас я взрослый человек. Я барон, и весьма состоятельный. Мне больше не нужен отец, а герцог едва ли согласится принять сына, о существовании которого не догадывался.

— Ты встречался с ним?

— Видел его раз или два.

— Ты заметил сходство?

— Я подумал, что сходство между нами скорее вымышленное, чем реальное.

Элисса покачала головой:

— Нет, оно существует на самом деле. Я вижу его в твоей походке, в той мощи, которая ощущается в каждом твоем движении, даже в твоих жестах. Сын герцога Уильям пошел в мать. А ты — настоящая копия отца.

— Это не имеет значения, — угрюмо повторил Адриан. — Может быть, когда-то и имело, но те времена давно прошли.

Элисса не стала спорить. Помимо всего прочего Адриан унаследовал от герцога упрямство, и было совершенно очевидно, что он не изменит своего решения. Она придвинулась поближе и запечатлела на его губах нежный поцелуй.

— Я благодарна тебе за то, что ты признался мне, доверил свою тайну.

Адриан промолчал, опустил голову на подушку и закрыл глаза. Но даже после того, как он погрузился в беспокойный сон, Элисса продолжала рассматривать его, с болью в сердце представляя, как ему было одиноко в детстве, желая отыскать средство облегчить боль, которая до сих пор жила в глубинах его души.

Элисса посмотрела на маленького Тибора. Его щеки раскраснелись от жары, густые черные волосы прилипли ко лбу. Вада выглядела немногим лучше. Нина выпросила у какой-то женщины соломенную шляпу размера на три больше, чем требовалось, и из-под ее полей виднелось потное лицо девочки.

Элисса устало переставляла ноги; она не желала ехать на лошади, когда остальные женщины идут пешком. Но как бы ни устала девушка, при появлении высокой фигуры Адриана, мчавшегося к ней на огромном черном жеребце, ее сердце подпрыгнуло от радости. Адриан скакал, окруженный пыльным облаком, такой же уставший и разгоряченный, как Элисса, но черты его лица смягчала улыбка, а в глазах сверкало озорство.

— Дай руку, — велел он, осаживая коня рядом с Элис-сой. Она улыбнулась, Адриан наклонился, схватил ее за запястье и, без малейших усилий оторвав от земли, усадил девушку за своей спиной. — Я хочу тебе кое-что показать.

Возбуждение Элиссы росло, заставляя трепетать ее сердце.

— Куда мы едем?

Его губы изогнулись в лукавой улыбке.

— Потерпи, и сама увидишь. — Отъехав от бесконечной колонны солдат, он пустил Минотавра легким галопом, пересекая открытое поле по направлению к краю леса, покрывавшего пологий склон холма. Элисса обхватила Адриана руками и прижалась щекой к его спине, наслаждаясь ощущением крепкого тела и близости, которую чувствовала с той поры, когда он поведал ей о своем прошлом.

Оказавшись среди деревьев, Адриан придержал коня, предоставив животному самому выбирать дорогу в глубь леса. Сосновые кроны образовывали густой полог над их головами, толстый ковер хвои приглушал стук лошадиных копыт. Услышав плеск воды, бегущей по камням, Элисса догадалась, что впереди протекает ручей, а немного погодя конь выскочил на берег.

— Ах, Адриан! Я не верю своим глазам!

Адриан улыбнулся, показывая свои восхитительные ямочки.

— Я подумал, ваша светлость не откажется от купания.

Элисса рассмеялась с искренним наслаждением:

— Святой Иисусе, ничто не могло бы доставить мне большего удовольствия!

Адриан повернул коня и направил его вдоль илистого берега.

— Впереди слева есть небольшой водоем.