— Обратный путь, — вслух пробормотал я. — Наверняка покушение случится на обратном пути. В дороге легче подстроить…

— …господин Барятинский?..

Я вздрогнул, повернул голову. Выглядывая из-за куста, на меня смотрела ненастоящая Полли. И у неё даже не было в руке книжки.

— Привет. — Я сумел подавить тяжёлый вздох. — Что случилось?

Глава 24

Услуга

— …ничего…

— Ну… садись, — предложил я.

День уже заканчивался, и в садике становилось темно. Где-то поодаль зажёгся фонарь. Великая княжна в обличье Аполлинарии Андреевны робко приблизилась и села рядом со мной. Сидела она, как палку проглотив. Руки сложила на коленях, невидящий взгляд был устремлён вдаль.

— Ты в порядке? — настороженно поинтересовался я.

— …нет… — донёсся до меня едва слышный ответ. — …я идиотка…

Несколько секунд я крутил в голове эту фразу, пытаясь удостовериться, что мне не послышалось. Прозвучало чётко. Вот ещё ко всем перипетиям сегодняшнего дня мне не хватало самобичеваний великой княжны. И почему она с этим не отправилась к Мишелю?.. Впрочем, женская душа — потёмки. Тем более когда речь идёт об Анне Александровне.

— По-моему, ты себя с кем-то путаешь, — осторожно возразил я. — Может, всё-таки расскажешь, что произошло? Ты… поссорилась с Мишелем? — дошло вдруг до меня.

Была, впрочем, ещё возможность ссоры с Надей, но в этом я сомневался. Моя сестра, может, и не была величайшим гением всех времён и народов, но забыть о том, что общается с царственной особой, не смогла бы даже в горячечном бреду. А следовательно, ни о каких ссорах не могло быть и речи. А вот с Мишелем, который видел в великой княжне всего лишь симпатичную сокурсницу, — запросто.

Анна вдруг задрожала всем телом и словно переломилась. Резким движением уронила голову в ладони и заплакала. Тихо так, будто даже в истерике боялась привлечь к себе внимание.

Ну, приплыли… Ладно, Мишелю я пистона потом отдельно вставлю. Вряд ли он так уж серьёзно накосячил, но для профилактики не повредит. А пока надо успокоить и выслушать пострадавшую сторону.

Я придвинулся ближе, одной рукой приобнял беззвучно рыдающую великую княжну, и та вдруг безо всяких колебаний прижалась ко мне, чуть ли не легла. Я тут же огляделся — нет ли нежелательных свидетелей подобного проявления слабости. Конечно, мне доверяют и в тайной канцелярии, и в императорском дворце, но всё же… Вряд ли мне стоит светить тем фактом, что у меня на груди рыдала дочь императора. Дружба дружбой, а будь у меня дочь — я… Ну, даже не знаю, как бы я отреагировал в такой ситуации.

— Мишель что-то не то сказал? — предположил я, осторожно погладив Анну по голове. — Или сделал?

Рыдания к тому моменту поутихли. Великая княжна взяла себя в руки и подняла на меня заплаканные глаза. Так близко наши лица не оказывались даже во время танца. Я почувствовал её дыхание у себя на губах.

— …он чужой…

— …в каком смысле?.. — Я как будто заразился от неё манерой разговаривать.

— …ты сегодня чуть не погиб… — лепетала Анна. — …ты мог погибнуть!..

— У меня это запросто, — легкомысленно кивнул я. — А Мишель-то при чём?

— …он хотел меня поцеловать…

Ну, чего-то такого я и ожидал. Осталось лишь протянуть какую-никакую логическую цепочку между сим фактом и очередным покушением на мою скромную персону.