Сталин принялся расспрашивать летчика о ноябрьском бое. Вережников скупо, но точно отвечал.

– А скажите, товарищ Вережников, – спросил Сталин, – каковы были ваши впечатления об этом летательном аппарате? Это не могло быть иллюзией? Не могло оказаться игрой воображения?

Капитан отрицательно покачал головой.

– Нет, товарищ Сталин, – после недолгого молчания ответил он. – Это была махина. Какое уж тут воображение… И скорость. У него была такая скорость, что далеко до него пока нашим самолетам. Обошел нас, как стоячих.

– У страха глаза велики, – резко бросил Берия. – Надо было атаковать аппарат, а не разглядывать его. Но наши летчики любопытны очень – пока они на него глазели, враг улетел.

Вережников дернулся, словно порываясь сказать что‑то дерзкое, потом испуганно посмотрел на Сталина и промолчал.

– Хорошо, – сказал тот, поднимаясь и подходя к этажерке. – Вы коммунист, товарищ Вережников?

– Так точно, – снова сказал летчик.

– Это хорошо. – Сталин взял с этажерки свою книгу «Вопросы ленинизма», размашисто вывел надпись и протянул книгу летчику. – Большое спасибо, товарищ Вережников. Надеюсь, эта книга поможет вам стать настоящим коммунистом, который понимает, к чему стремится партия и народ. Вы свободны.

Летчик сделал четкий и уставной поворот и, печатая шаг, вышел за дверь.

Сталин вновь сел за стол, укорил Берию:

– Вечно ты, Лаврентий, стараешься унизить человека. Что он тебе? Боевой летчик, войну прошел, а ты его в трусости упрекаешь. И перед кем? Перед товарищем Сталиным. Хорошо еще, сдержался человек. Другой бы тебе за такие слова в морду дал. – И с той же интонацией, совсем не сделав паузы, кивнул заглянувшей в столовую официантке: – Подавайте, голубушка, а то наш секретарь ЦК злой, когда вовремя не поест.

Все это было игрой на публику, но Берия промолчал. А что он мог сказать? Как говорится, Бог терпел и нам велел. В Бога Берия не особо верил, но необходимость терпения понимал. Слишком хорошо он знал вождя, сам его не раз за столом нескромными шутками над другими партийцами веселил, Микояна в торт сажал, чего ж удивляться, если вождь решил пошутить и над ним?

А Сталин уже был серьезным. Склонившись над дымящейся тарелкой с ароматным чанахи, он проглотил кусочек горячей баранины и повернулся к сотрапезнику.

– Вчера у меня на докладе был Абакумов, – неторопливо сказал Сталин. – Органы безопасности установили, что под видом религиозной секты на Урале работает шпионская организация Гелена. И знаешь, что они ищут, Лаврентий?

Вождь сделал паузу. Берия хмуро и терпеливо ждал, не прикасаясь к мясу. В общем, он уже знал, что сейчас услышит.

– Они ищут аэродром, на котором базируются новые самолеты, – медленно сказал Сталин – В форме дисков. Несомненно, что немцы действуют в интересах наших бывших союзников. Отсюда мы можем сделать логичный вывод – американцы к этим дискам не имеют никакого отношения, как, впрочем, и немцы. В противном случае Гелен давно бы объяснил американцам, что русские подобной техникой не владеют. Но если это не немцы и не американцы, то кто же тогда летает над СССР? И не только над СССР, но и над Соединенными Штатами Северной Америки, над Европой. Кому принадлежит воздух, Лаврентий?

– Разберемся, – пообещал Берия, демонстративно положив локти на стол. – Пока ясно одно, товарищ Сталин, нашему атомному проекту и разработке ракет эти летуны не мешают. Они просто хранят свои секреты.