– Ну‑у... – Маша подняла глаза к потолку, вспоминая все сведения о системе Гаммы Феникса. – Не ошибусь, если скажу, что Сцилла очень давно породила свою жизнь в виде некоторого количества безопасных для человека вирусов, паразитирующих на растениях и водорослях. Океаны крупные, однако находятся под коркой льда, отчего вода на несколько градусов теплее... Последний раз исследовательская экспедиция Центра биологии ООН была на LV‑934 лет двадцать назад. Они нашли кое‑что по мелочи...

– Точнее, пожалуйста, – вежливо попросил Казаков. – Мне бы не хотелось столкнуться на поверхности с чем‑нибудь зубастым и агрессивным наподобие белого медведя или саблезубого мамонта.

– Не говорите ерунду, Сергей. Какие мамонты, тем более саблезубые? – поморщилась Семцова. – Этот древний мир, может быть, и сохранил некоторые реликты из эпохи, предшествовавшей глобальному оледенению, но могу вам гарантировать, что наши ученые не находили на Сцилле никаких животных крупнее рептилий длиной с ладонь. Полагаю, что эволюция на планете прекратилась, когда наступило резкое похолодание. Вероятно, оно было вызвано падением очень крупного метеорита...

– А что там могло жить до похолодания? – насторожился Гильгоф. – Наверное, исследовательские экспедиции не особо углублялись в подробности местного бытия? Прилетели, констатировали, что имеется жизнь, основанная на углероде, взяли пробы вирусов и смотались на Землю – отдыхать от зверского холода?

Маша немножко смутилась. Безусловно, очень многие миры, открытые человеком, никогда не исследовались досконально. На это требуется много времени и еще больше денег, которыми не располагали ООН или правительства великих держав. Если бы человек вздумал тщательно обшарить все пригодные для его существования планеты, людское сообщество пошло бы по миру – мало кто знает, в какую гигантскую сумму обходятся подобные экспедиции, проводящиеся под лозунгом "Знание ради знаний".

– Если предположить, – осторожно начала Маша, – что пятнадцать–двадцать тысяч лет назад на поверхности Сциллы существовала развитая жизнь, останки которой сейчас погребены под ледниками и снежным покровом, то я думаю... Возможно, мы увидели бы нечто похожее на нашу мезозойскую эру. Об этом говорит одно только наличие многоклеточных организмов, доселе выживших. Скорее всего, эволюция Сциллы шла параллельно земной эволюции, как и на большинстве других планет.

– Ну‑ну, – подбодрил Машу Гильгоф. – Теоретически, опасные людям существа могли выжить?

– Специально для вас, доктор, – огрызнулась Семцова. – Могли! Эволюция всегда найдет путь к выживанию. Если это так, значит, гипотетические крупные животные остались в более теплом океане, пустотах под скалами... Да где угодно! Экспедиция ксенологов работала на Сцилле не более месяца и только в одном районе. Что они могли найти?

– Ничего, – вздохнул Казаков. – Вот, помнится, полтора года назад я ездил в Африку, в отпуск. В национальный парк Серенгети, посмотреть на львов.

Видел только всяких антилоп с зебрами, хотя популяция львов там самая крупная в мире. Потом спрашиваю у гида – где львы? А он говорит: в этот сезон они откочевали, поэтому найти их практически невозможно. И это в одном парке, в ограниченном пространстве! А тут целая планета!

– Гениальное сравнение. – Ученый своим излюбленным жестом поднял палец к потолку.