— Нет, это опасно, — покачал Сашка головой. — Патрули ходят ночами, они готовы к нападению. Они для этого и ходят, чтобы ловить партизан и других неугодных режиму людей. Скорее всего, все закончится если и успехом, то все равно со стрельбой. А в городе есть и другие патрули, наверняка подвижные группы, которые на шум могут очень быстро приехать на машинах. Нет, нам нужна продуманная операция, после которой будет возможность тихого скрытого отхода.

— У тебя есть предложения? — спросил Романчук, с интересом глядя на лейтенанта.

— Есть, но это только так, в целом. Главное — принцип, а уж объект нападения придется подобрать. Нам нужно небольшое немецкое подразделение, которое располагается за городом, в небольшом населенном пункте или в момент его передвижения вне населенных пунктов. Подразделение, на которое мы можем напасть, желательно ночью, и не бояться стрельбы, потому что рядом не должно быть других частей, и мы успеем убраться из этого района.

— Ну, это сказка, — усмехнулся Сорока, сидя у стены и поглаживая перебинтованную руку. — Слишком много условий. Такого в жизни не бывает.

— Ну почему? — вмешался в разговор рассудительный Лещенко. — А когда нас освобождали, там же тоже не было большого гарнизона. Давайте подойдем к этому вопросу с научной точки зрения, системно, так сказать. Итак, небольшие населенные пункты или объекты, охраняемые небольшим количеством солдат. Это первое условие, и оно нас сразу выводит за пределы города и определяет перечень охраняемых объектов.

Лещенко стал говорить, рассуждая и рисуя пальцем в воздухе схемы. Его смешливый друг Сенька Бурсак стал помогать, предлагая дополнительные варианты. В результате получилась неплохая схема. Склады с не очень ценным содержимым, которое не сильно востребовано или которое трудно украсть. Например, склад железнодорожных рельсов и шпал. Склад, на котором хранится запас вагонных колесных пар. Укради это, попробуй! А охранять все равно положено, потому что это стратегический запас. То же касается и охраны небольших железнодорожных станций, мостов, но к мостам лучше не соваться. Там можно напороться и на минное заграждение. Мосты — вещь особенная, стратегически важная.

— Я придумал, — рассмеялся Сенька и протянул руку. — Где моя шоколадка?

Романчук строго посмотрел на инженера, и тот сразу перестал смеяться, поняв, что не слишком уместно его веселье, когда речь идет об операции по спасению дочери командира. Он и так извелся весь, а на Елизавете просто лица нет, с тех пор как узнали, что Светлану перевели куда-то с птичьей фермы в другое место.

— Нет, я серьезно, — прижал Сенька для убедительности руку к груди. — Мы, когда в прошлый раз после неудачной встречи со связником из города разными путями уходили да по окрестностям петляли, я видел связистов. Они на велосипедах вдоль линии ехали, останавливались. По-моему, они проверяли состояние опор на предмет прокладки новой линии связи. Этих было трое, но я думаю, что группа, которую прислали для такой работы, все же немного больше. И ночевать они останавливаются в населенных пунктах не очень больших. Их же интересует состояние опор вне городской черты.

— А это мысль! — похвалил Романчук Сеньку. — А чем были вооружены связисты?

— У двоих за спиной карабины, а один с автоматом на шее, это точно.

— Карабины не подходят, — снова проворчал Сорока. — С карабином хорошо в окопе лежать и вражескую атаку отбивать, а нам автоматы нужны, чтобы поливать огнем и прорываться. Нам нужно оружие для ближнего боя.

— Стоп, Олег Гаврилович, — поднял руку пограничник.