— Что? — поинтересовался Кахрай.

А Лотта все же решилась на блинчики. Хорошие или нет, она не знала, но не оставаться же голодной лишь потому, что у Труди кулинарный блог имеется.

— Они его сварили! Все знают, что если перегреть голландский соус, то желтки начинают сворачиваться. А вместо того, чтобы сварить новый, они просто блендировали ту жижу, которая вышла, и смешали с нормальной порцией! Но меня не проведешь.

Лотта осторожно коснулась блинчиков.

Аппетит не то, чтобы пропал, но вспомнились счета, выставленные к оплате за прошлый квартал. В том числе с ферм, которые занимались выращиванием мясных пород скота. И если оплату выставляли за туши, а к столу подавали искусственное мясо, то кому уходила разница?

— Ужасно, — Кахрай подвинул кресло с подопечным, который выглядел мрачнее обычного. Подключенный к системе жизнеобеспечения баллон с питательным раствором тихо булькал, по патрубкам сочилась синеватая жижа.

— Еще как… я на такое и не надеялась…

…на вкус блинчики оказались не то, чтобы плохи. Скорее Лотта привыкла к иным. Более мягким, с хрустящей корочкой, но только корочкой. Эти же… хрустели все.

— Бумага бумагой на вкус, — Труди сказала это без всякого сочувствия, мол, она предупреждала, а если Лотта не вняла предупреждению, то кто ж виноват.

Бумага.

И вправду.

Но кажется, акции компании упадут и без участия Лотты, если Труди и вправду столь популярна, как говорит.

— А что вы посоветуете на Каяре? — Кахрай заказал мясо.

Кто ест мясо по утрам?

Бабушка вот вообще отдавала предпочтение овсянке, утверждая, что все величие Британии именно этой овсянке обязано. И порой Лотта искренне с ней соглашалась, ибо сваренная без масла и соли, на воде, овсянка неплохо мотивировала на подвиги.

После подвигов исторически случались банкеты. А на банкетах овсянке не было места.

— Не знаю, там я еще не бывала, — Труди переставила тарелки на тележку робота-уборщика, и подвинула себе новую, с классическим молочным пудингом. Его она сперва понюхала.

Потом лизнула.

Причмокнула.

— Но на рынке покупать еду не советую.

— Почему?

Наблюдать за этой женщиной оказалось на диво интересно. Лотта тоже пудинг взяла. И понюхала. Но не унюхала ничего, помимо ванили. К слову, для натуральной запах был резковат, а ванилин… ванилину не место на кухне экстра-класса.

— Во-первых, тамошняя еда предназначена, чтобы туристов удивить. Местные ее есть не рискуют, и правильно делают. Ингредиенты максимально дешевые, а специй столько, что ожог слизистой получить недолго… — Труди все же отковырнула кусочек пудинга.

И Лотта повторила за ней.

Вязковат. И пресноват. Но при этом сладкий настолько, что выплюнуть хочется.

…пудинг подавали к Рождеству, которое отмечали скорее по традиции, чем из веры в древнего бога. И готовить его начинали задолго до самого праздника.

Лотте нравилось смотреть.

Было в этой, ручной готовке, что-то донельзя завораживающее. Ей даже позволяли просеять муку, хотя простейший кухонный помощник справился бы с этим делом куда быстрее Лотты. Но вот… традиции.

Нынешний пудинг традиции попирал.

— Во-вторых, — продолжила Труди, — вся нераспроданная еда отправляется в стазис, чтобы наутро ее разогрели, вновь посыпали специями и попытались продать. Нет, на туристических рынках ничего нельзя покупать, в этом я уже убеждалась и не раз.